Папа, конечно, не возражал.
Лазаревский-младший, как оказалось, не только химический гений, но еще и потрясающий прохвост. Помню, как на выпускном вечере он обреченным голосом вещал: «Пожалуйста, Стасенька, давай поговорим. Отец подал в отставку, и мы всей семьей перебираемся в Новосибирск. Возможно, с тобой больше не встретимся».
Вот только родители его жили здесь и никуда переезжать не спешили, отец по-прежнему служил в воинской части. А Игорь, как и мечтал, резал лягушек в медицинском вузе соседней области.
Все одноклассники устроились в соответствии со своими способностям, желаниями, возможностями и профессиональными устремлениями: кто учился в вузах, кто в техникумах. Сашка Артемьев — Тёма и в прошлом юный «пожарный» Саша Никитин служили в армии. А я…я, как и хотела, поступила в местный медколледж, Ваня Воропаев, адъютант его превосходительства, учился со мной в одной группе и, вероятно, регулярно стучал морзянкой предводителю всея дворянства о местных помещичьих делишках.
Мне не привыкать менять место учебы, научилась быстро адаптироваться к новой среде, но все равно многое из того, что я наблюдала и переживала, казалось необычным: от предметов до преподавательских требований, от порядков до расписания занятий.
В колледже у меня появились новые подруги: Катя Голубева — девушка из пригорода и Олеся Иванцова из параллельного класса. Но без Ани Сенкевич — подруги с Камчатского края и верной Сашки было плохо. Увы, Мошкина училась в Питере, Сенкевич осталась в своем городе получать профессию секретаря-референта, а Князь… Снова Князь. Только с ним я была полностью открыта для общения, только ему я доверяла тайные думы и мечты.
Прервав поток своих мыслей-скакунов, я снова начала вслушиваться в Сашин голос:
— Может, приедешь ко мне на каникулах, а? Нет, ну правда! Проведу специально для тебя эксклюзивную экскурсию по городу.
— Ты уже так хорошо знаешь город?
— За эти месяцы изучила только его центр, по-моему, и местные знают только некоторые исторические места да тот район, где живут. Питер познать полностью невозможно: это как разгадать загадку, ответа на которую нет.
— Пф-ф! Прости, Саша, в этом году точно не получится приехать, может, потом, когда-нибудь.
— Ну вот, — разочарованно сказала подруга. — И я домой теперь не вырвусь: решила летом начать подрабатывать, родители деньги высылают, но их недостаточно.
— Не зря мы с тобой подруги. Я пришла к тому же мнению — буду работать, как только приобрету кое-какие навыки. Так что, нам предстоит еще долгое время общаться по скайпу.
— Где будешь проводить новогодние каникулы?
— Нас с Олесей пригласила на Новый год одногруппница. Наверное, поеду на праздники в деревню, ответ еще не дала. Что мне делать дома? Снова выслушивать восхищенные восклицания Квашняк-старшей о прекрасной Марго? Нет уж, увольте. Лучше в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов! Ладно, хватит блям-блям-блям языком. Дел еще невпроворот.
— Тогда до следующего эфира. Энску привет!
— Питеру тоже! Может, когда-нибудь увижу его.
Ответом мне была тишина. Саша уже отключилась. «Скорее всего, она уже ищет глазами новую главу учебника», — подумала я и, представив эту картину, улыбнулась. А потом вдруг вспомнилось кутусовское «надеюсь, когда-нибудь прилетишь ко мне», и, как бывало в последнее время, снова впала в депрессию.
***
Перед Новым годом, сразу после пар, мы с Олесей поехали в Николаевку — к Кате, живущей в восьми километрах от Энска. Добрались до села быстро, за каких-то пятнадцать минут. Я, как обычно, в последнее время, уезжая, захватила с собой подаренный Кутусовым самолетик. Так, талисман на счастье.
— Знакомьтесь, девочки, это мама и папа — Катя указала на высокую дородную женщину лет пятидесяти и крепенького низкорослого мужичка того же возраста. Вместе они смотрелись немного комично. — А этот бледный юноша со взором горящим — мой любимый брат Валера. Он, кстати, директор нашей сельской школы.
В дверях спаленки стоял двадцатисемилетний, высоченный, худощавого телосложения парень. Всю эту предысторию о его возрасте, социальном статусе, профессии мы миллион раз слышали от Голубевой. Подруга очень гордилась братом. Еще бы: с двадцати пяти лет занимать такой ответственный пост в средней школе, пусть и сельской — это непросто и весьма ответственно.
— Хай, брательник.
— Это что за карело-финский эпос? — глядя на сестру, с иронией сказал Валера.
«Ну и зануда, — решила я, — терпеть таких не могу».
— Привет, братик, — исправилась Катя.
— Другое дело.
— Невест тебе привезла. Выбирай, какая понравится. Эту сероглазую девчушку с длинными блондинистыми волосами зовут Станислава, а находящуюся рядом с ней кареглазую смуглянку — Олеся. Прошу любить и не жаловаться. Кто тебе больше понравился? Кого возьмешь замуж? — И, увидев, что парень от негодования покраснел, а я показала кулак, тут же исправилась: — Это была шутка. Ну что, будешь знакомиться с моими подругами?