***
Как-то осенним воскресным днем дочь сказала:
— Мама, мне нужно для подделки собрать листики. Пойдем в больничный парк, погуляем и наберем красивых разноцветных листочков.
Я привыкла не принадлежать себе с того момента, как узнала о неожиданной беременности. Приходилось пить ненавистные морковный, сельдереевый и свекольный соки, килограммами есть разные овощи, баночками принимать витамины, ибо это все нужно было для нее, Дашеньки. И сейчас мне бы поспать, почитать книгу, послушать музыку или посмотреть новый фильм, но что не сделаешь ради счастья ребенка, его нежной улыбки. Встала и пошла.
Погода была удивительной: яркой, солнечной. Как я любила начало сентября с его утренней прохладой, красотой падающих в вальсе листьев, с запахом древесной чуть горьковатой смолы и сгоревшей листвы. Непроизвольно я тихонько затянула:
Осенние листья шумят и шумят в саду,
Знакомой тропою я рядом с тобой иду.
И вдруг сзади услышала:
И счастлив лишь тот, в ком сердце поет,
Кто рядом с любимой идет.
Можно было не оборачиваться, я узнала бы этот голос из тысячи: не зря же мы на репетициях провели достаточно много времени.
— Привет, Маруся, — лениво бросил Стас, поравнявшись с нами.
— Привет, Кутузов! — излишне радостно ответила я. — Василь Василевич обязал тебя собрать в парке природный материал для кружка травмоотделения «Где ручки, где ножки»?
— Да, заведующий проводит акцию: «Миллион листочков — миллион опозданий». Не хочешь поучаствовать, чтобы опаздывать на легальной основе?
— Дядя, а ты пакет не взял, куда будешь листочки класть? — спросила дочь. У меня сердце облилось кровью, когда Даша обратилась к Кутусову с этим — дядя. — У нас есть еще один. Да, мама? Мы можем тебе подарить.
— А давай мы сначала тебе наберем красивых листочков, а потом мне? Согласна, Даша?
— Вы знаете, как меня зовут? Вы волшебник? — задохнулась от удивления дочь.
— Конечно, волшебник, я в этом парке работаю Айболитом.
— Нет, Айболит старый и с бородой, а ты молодой.
— Это я специально побрился, чтобы не пугать маленьких деток.
Как умело Стас общался с детьми! Опыт? Или это где-то не генном уровне заложено — чувствовать родную душу?
— А у тебя есть дочка или сыночек? — Даша внимательно и доверчиво смотрела на Кутусова огромными серыми глазами.
— Нет, к сожалению, но я очень бы хотел, чтобы были и дочка, и сыночек. — У меня глаза наполнились влагой, и я быстро отвернулась в другую сторону, смахивая набежавшие слезы. Пожалуй, я впервые тогда подумала о том, правильно ли поступила, скрывая Дашу от отца. «А почему Кутусов сказал, что у него нет детей? А как же тот, что родила Саша? Или тот ребенок не его?» — задумалась я. — Ну а поскольку я работаю Айболитом, могу показать тебе разных животных, живущих у меня дома. А хочешь, прямо сейчас сделаем кораблик из твоих листочков? Парусник называется, я на таком плавал в Африку. Только нужно найти подходящую древесную кору.
— Дядя, пойдем к нам домой, вместе сделаем кораблик, — заинтересовалась Даша и смело взяла Стаса за руку. — Но сначала покушаем. Мама, я оголодалась.
— Проголодалась, — поправила я дочь. — Вот что воздух чудодейственный с ребенком делает. Обычно трудно заставить поесть, а тут сама просит.
— Мама испекла вкусный пирог с повидлом, «Решетка» называется.
Кутусов странно посмотрел на меня и сказал:
— Это фирменный пирог моей бабушки.
Я вдруг вспомнила, что он в образе Князя рассказывал о пироге, который будто бы испекла его любимая девушка. Значит, действительно не лгал. Только это было бабушкино творение.
— А это удобно? Я про приглашение Даши?
— Удобно, Кутузов. Идем. Не бойся.
Пообедав, Даша задергала Стаса: надо делать кораблик. Я объяснила дочке, что дядя — наш гость и поэтому его нужно как следует накормить, а все остальные дела выполнить позже.
Кутусов вертел головой в разные стороны, видимо, вспоминая свой давний визит через окно, в день, когда мне исполнилось восемнадцать. Он был прав: я действительно мысленно возвращалась именно к этому эпизоду, если вспоминала свое восемнадцатилетние.
Стас и Даша мастерили поделку минут тридцать, а потом, пригласив меня, пошли в ванную для испытания парусника. После того как запустили кораблик, и он поплыл, подгоняемый волнами, искусно изображенными мной, Даша моего друга Кутузова от себя не отпускала ни на шаг. Показала ему все свои игрушки, поделки, а потом принесла альбом с рисунками.
Кутусов посмотрел работы и похвалил дочь, сказав, что, несомненно, у нее большой талант и что он тоже в детстве любил рисовать и заниматься другим творчеством.