– Я отдала ей наши деньги, – просто ответила Алиса, глядя на демона ясными глазами.
– Тогда зачем ты ограбила магазин? – взревел он. – Чтобы отдать все первой встречной попрошайке?
– Тише, – перебила Алиса, прижав палец к губам демона. – Эта женщина в отчаянии, ей нужна помощь. Именно та сумма, что есть у меня. Я не могла пройти мимо, пойми. Неужели ты не чувствуешь ее горя?
Он чувствовал. И горе, и радость несчастной матери, получившей неожиданную возможность спасти единственного ребенка.
И жар на губах, вызванный прикосновением девушки.
Поймав помутневший взгляд демона, Алиса смутилась и, опустив руку, медленно пошла вперед.
– Если ты и дальше так будешь грешить, никакой ад тебе не грозит, – произнес Асмодей, восстановив дыхание. – Хорошо, что хоть что-то успели потратить.
– Не успели, – тихо возразила Алиса. – Я не могла купить священные книги на украденные деньги. И игрушку, что тебе понравилась, тоже. Ты был так рад ей. Я хотела, чтобы у тебя был настоящий подарок. Не украденный. Поэтому я потратила свои...
– Зачем?! – демон чувствовал, как самообладание медленно покидает его. Кто она? Избранная, чей внутренний свет не позволяет пройти мимо тех, кто нуждаются в помощи? Или чудовище, искусно прикрывающееся добродетелью?
Асмодей устало прикрыл глаза ладонью. Он видел исходящий от Алисы свет и с неохотой признавал, что все ее поступки искренни. В них не было ни капли корысти или лжи. И это хуже всего. Потому что он впервые встречал такого чистого человека и впервые готов был признать, что не все люди ужасны. И возможно, они и правда заслуживают шанса на спасение. По крайней мере, эта девушка.
– Асмодей, послушай меня, – пытаясь привлечь внимание, Алиса коснулась его руки. – Я хотела попросить тебя о важном.
«Ну что еще?!» – взглядом спросил демон, и Алиса глубоко вздохнула, прежде чем решилась произнести:
– Пожалуйста, откажись от своей миссии.
«Это уж слишком», – подумал Асмодей, снова проваливаясь в бездонные колодцы ее глаз.
– Я не отступлю от цели, но я не могу допустить, чтобы ты пострадал. Не в моем положении обращаться к Всевышнему с этой просьбой, но тебя я попросить могу – покинь меня. Улетай. Защищай тех, кто нуждается в твоей помощи, и забудь обо мне.
По щекам Алисы покатились слезы, но внезапно грянувший ливень, смыл их следы. Небо над Городом раскололось от молний и грома.
– Похоже, Всевышний не одобряет твое поведение, – усмехнулся Асмодей, и, сжав хрупкую ладонь Алисы, бросился на поиски укрытия.
Спрятаться от порывистого ветра и хлесткого ливня удалось на опустевшей автобусной остановке.
Забежав под крышу, Алиса застенчиво улыбнулась и обхватила себя руками в тщетных попытках согреться. Асмодей какое-то время смотрел на нее, а потом притянул к себе, укрыв полами своего плаща.
Девушка испуганной птичкой забилась в объятиях демона, а потом пригрелась и затихла. Так они и стояли, глядя, как плотная пелена дождя отгораживает их от внешнего мира.
Обнимать ее было плохой идеей, это Асмодей понял, едва почувствовав пьянящий запах полевых цветов, исходящий от Алисы. Прислушиваясь к шуму дождя, он старался не дышать, но человеческое тело, в котором он находился, не могло сопротивляться близости. Демон и сам не заметил, как склонил голову и коснулся губами ее шелковистых волос.
Замерев на мгновение, Алиса вскинула на Асмодея свои небесные глаза, и он понял, что обречен. Ничего, кроме ее глаз, не имело для него значения. Разве что ее губы… Сдаваясь их зову, демон нежно поцеловал девушку.
11
Грудь Асмодея распирало от щемящей нежности. Каждый уголок его темной души был согрет солнечным светом. Ему казалось, что за спиной выросли два огромных крыла, которыми он хотел укрыть девушку. Защитить. Согреть.
Прошло бесконечно долгое мгновение, прежде чем мягкие губы Алисы раскрылись навстречу, превращая сердце демона в цветущий сад. Застонав, он обхватил ладонями ее лицо, сходя с ума и теряя опору под ногами.
Счастье… Демонам недоступно его понимание, ведь они утратили любовь Всевышнего и обрекли себя на вечные муки. Но сейчас, углубляя поцелуй, Асмодей чувствовал себя счастливым.