Постояв немного, Асмодей насмешливо хмыкнул.
– Приятного аппетита, – буркнул он напоследок и вышел из зала.
Уриэль обнаружил демона на крыше соседнего здания. Откуда хорошо было видно одинокую фигурку девушки, отрешенно смотрящей в окно.
– Эта девчонка – настоящий монстр! – выкрикнул Асмодей, почувствовав приближение ангела. – Как же бесит!
Демон глубоко вздохнул, засунул руки в карманы плаща. Отчаяние и злость на его лице сменились удивлением, когда он вынул из кармана игрушечную машинку. Повертев ее в руках, он снова тяжело вздохнул.
– Расскажи мне все, сынок, – попросил Уриэль, присев на край крыши. – Что происходит между вами?
– Я говорил тебе, ей снятся странные сны. С самого детства. Будто она… Вернее, не она, а дочь аристократа, леди Элис, выросла вместе с мальчиком и играла с ним на лугу под огромным дубом. Дружба кончилась, когда ее отец и хозяин того паренька развязали войну. Он вернулся на луг уже взрослым воином. Его тяжело ранили, он вспомнил о дубе и спрятался в нем. Леди Элис случайно нашла его и вылечила. Однажды ее отец увидел их вместе. Он хотел убить рыцаря, но стрела попала в девушку.
Алиса, вернее леди Элис, погибла от руки своего отца по вине этого слюнтяя. Я перерыл весь ад, чтобы взглянуть в глаза подонку. Хотел узнать, достаточно ли он наказан, но нигде не нашел его. Не знаю, с чего она взяла, что он попал в ад. Скорее всего, это просто фантазии взбалмошной дурочки.
Нимб над головой Уриэля моргнул два раза и погас.
– Это не сны, – треснувшим голосом ангел, не глядя на Асмодея. – Сотни лет назад из-за глупости и жадности двух старых дураков началась война, унесшая жизни многих. Эти дети тоже стали ее жертвами. Из-за упрямства лорда Уолдрика погибла его единственная дочь, а мальчик покончил с собой.
– Покончил с собой? – ошеломленно переспросил Асмодей и нервно хохотнул. – Ублюдок даже не смог достойно окончить свой жизненный путь. И как она могла полюбить его?!
– Не вини его, – мягко сказал Уриэль. – Не уподобляйся самодуру, убившему детей, радость моя. Поверь, этот мальчик был мужественным человеком. Но бессмысленная война и гибель любимой сломили его. Лорд Уолдрик даже не позволил ему проститься с Элис. Райан истекал кровью, но пришел к воротам замка и просил впустить его. Когда Уолдрик узнал об этом, то приказал вышвырнуть мальчишку, и забыл о нем. Много дней лорд не позволял никому прикасаться к ее телу, оплакивал свое горе и топил в вине.
На глазах Уриэля выступили слезы. Он отворачивался от Асмодея, стараясь незаметно смахнуть их.
– Много лет спустя лорд Уолдрик пришел на место, где погибла его дочь, и обнаружил могилу. Сухонькая старушка возле нее поливала цветы. Это была мать Райана, – продолжил Уриэль.
– Мать? – демон вдруг рухнул на колени, упершись рукой в поверхность крыши. Кровь прилила к его лицу, вены на шее набухли.
– Что с тобой, радость моя? – испугался ангел.
– Ничего, – прохрипел Асмодей, – Что было дальше?
– Она сказала, что перед смертью сын приходил к ней. Не в каждый дом вернулись мужчины, и она была счастлива, что ее сын выжил. Он поправил изгородь, прочистил колодец, отдал все сбережения. И все время твердил, что не смог защитить любимую, и она погибла из-за него. Наутро его нашли на дубе. Там же, на лугу, мать и похоронила его. И с тех пор приходила на могилу, ухаживала за цветами, – Уриэль с тревогой смотрел на демона. – Ты в порядке?
– Просто… сердце болит, – ответил Асмодей, стараясь продышаться. – Самоубийцы попадают в ад. Но его там нет…
Рассказ ангела поднимал в его душе странные чувства. Сердце билось так, что, казалось, способно проломить грудную клетку. Горло обожгла боль, стало трудно дышать.
Какое-то время они сидели молча, глядя на силуэт Алисы в окне, а потом ангел осторожно спросил:
– Там, в ее снах, ты видел Райана?
– Конечно, – ответил демон и тут же осекся. – Странно... Я знал, о чем он думал, что чувствовал, но ни разу не видел лица. Может быть, поэтому я не нашел его?
Асмодей рассеянно взглянул на Уриэля.