– Что просто?
– Ну, не хочется и все, – немного раздраженно произносит Август. Не понимал, зачем к нему пристала Динара. – Донимай Микки, а у меня дело.
Микки сразу повернул голову в их сторону.
– Какое дело?
– У меня нет дел. – Будто случайно приклеился скотчем к их диалогу Микки. Его голос никто не слышит.
– У него нет дел.
– Да пофиг на него, – сорвалась на Августа Динара.
Ну, нет, нормально, так равнодушно относиться к девушке, осилившей себя первой начать флиртовать. Да, ему определенно нравится Лия, но дал бы хоть шанс Динаре.
– Вот видишь? – он показывает экран своего телефона воздыхательнице. Август копался в «али экспресс» в поисках толстых блокнотов.
– Понятно.
– Это для Лии.
Сказав, сразу отвлекается на лучшую подругу. Она снова пробежала около него, улыбаясь. Услышав, что он что-то ищет для своей подруги, Динара искривила лицо от неприятной боли. Пришло время, она опустила глаза и начала рассматривать деревянный пол. Видимо, не заполучить ей Августа.
– Зачем ты что-то ищешь для нее? У нее день рождения? – Надежда всегда умирает последней. Микки придвинулся поближе. Он везде ищет интерес, а рядом пробегает цепочка девушек.
– Да, восьмого. Но на этот случай я уже выбрал подарок, а это уже на потом, – Август немного походил Луизу Вадимовну, которая постоянно что-то искала в глянцевых журналах.
– Круто. Я бы хотела иметь таких друзей, – вздохнула Динара.
– У тебя вся школа – друзья, – снова вставил свое слово Микки.
– Ты же ничего не знаешь. – Динара встала и подправила шортики, их никак не назовешь шортами: слишком короткие. – Ладно, побежала, вон физрук.
– Ага, беги, – Август все-таки попрощался.
Она легко присоединилась к бегущим. Сегодня они бегали пятнадцать минут. Физрук, а то есть Роберт Маликов подходит к освобожденным от уроков физической культуры, парням. У него широкие спортивные трико и спортивка размеров на пять больше.
– Так, жирдяи, че сидим? – подкалывает физрук. Он ненавидит лентяев. Сидят, ничего не делают, еще могут возмущаться.
– У нас освобождения. – Микки тук как тут. Везде успеет. Гордо отвечает, словно речь для президента придумывает.
– Лоботрясов здесь не должно быть. Че, двойки хотите? Я легко устрою. Только перед этим все на улицу. Все, пошли, пошли. Будете работать!
– Мы же освобождены, – ноет тот же Микки.
– Знаю я, как вы освобождены. Она точно освобождена. – Он повернул голову в сторону девочки со сломанной рукой. Девочка заметила на себе взгляды и сразу раскраснелась.
– Она же не из нашего класса.
– Мне все равно. Все сидите в телефонах. Марш на улицу. Одни девчонки занимаются. Вот пошли мужики. Лоботрясы!
Ничего не осталось, как идти на улицу под грозным взглядом Роберта Маликова. Они взяли метелки и грабли, вышли из спортзала. Дальше им предстояла вполне нормальная работа. Тяжести особой не придется поднимать. Половину урока будут стоять и валять дурака, обсуждая, какие крутые кроссовки они недавно купили. Остальную половину урока им предстоит обсуждение кальяна, девушек.
Август прильнул к своей компании, состоящей только из Микки и его самого. Иногда к ним присоединялся Рома, который любил поиздеваться над ними. Август снова глядел в телефон, а Микки стоял рядом, опершись на ствол дуба, и ругал физрука за использование детского труда, за ужасное обращение с детьми.
– Успокойся. – Август отвлекся от своего колорадского жука. – Мы все равно не работаем.
– И что. Мы на улице. Здесь холодно. Такое обращение неприемлемо в стенах учебного заведения. Можем пожаловаться.
– Не можем. Это законно. Серьезно, зачем паришься? На улице еще тепло – это во-первых, во-вторых, мы реально не работаем.
– Но физрук же сказал…
– Для вида он сказал.
– Но надо же…
– Аааа, ты же умный, а в обычных вещах не разбираешься. – Август наоборот же разбирался в «обычных вещах», а в дела школьные не любил вклиниваться.
Микки решил промолчать на этом отрезке диалога. Его логика возможно сломлена, может он просто загрузился. В любом случае молчание дало о себе знать. На горизонте показывается физрук, все парни вооружаются вениками и начинают усердно делать вид, что работают. Даже этого хватит, чтобы очистить намеченную территорию. Роберт Маликов пародирует надзирателя: приобретает властный вид, вытаскивает журнал и ставит всем тройки.
– Почему тройки? – Только Микки интересовала судьба его оценок. Остальные перестали притворяться работящими, бросили веники и стали рассматривать экраны телефонов.
– Вы же не подготовлены к моему уроку.
– А вы не имеете права… – не договорил Микки, так как получил локтем в бок от Августа.