Крутиков бросил быстрый взгляд на своего напарника. Согласен ли он с ним? Антону его выводы казались преждевременными. К тому же у них уже есть одно убийство, которое нужно раскрыть. А Игорь, похоже, хочет взвалить на их плечи дополнительную ношу.
— Слушай, Игорь, что ты так волнуешься? Тебе то что? Несчастный случай с Конашевичем или нет — пусть разбирается Саенко, ведь он ведет это дело. У нас с тобой есть Сергей Васнецов, тренер из спортивного клуба «Аэлита». Его убийство, напомню, если ты вдруг забыл, нам нужно поскорей раскрыть. Сам же сказал, что шеф не любит, когда дела долго раскрывают.
Крутиков остановился перед Антоном и сделал вид, что стряхивает с его пиджака пылинку.
— Понимаешь, если Конашевича убили, то это мог сделать тот же человек, который задушил Васнецова на улице Циолковского. Как-то подозрительно всё это произошло почти одновременно. Раньше молекулярную ткань редко находили на местах преступлений. Совпадение? Может быть совпадение, но ведь нужно проверить? Нужно!
— Что же ты собираешься делать?
— Поговорю со Шляпниковым. Пусть нам поручит дело Конашевича. Он человек разумный. Надеюсь, он поймет, что так будет лучше. Думаешь, ничего не получится? А я вот уверен, что получится!
Этого Антон и боялся. Энтузиазм нового напарника раздражал его. Если он будет продолжать такими темпами, то через неделю им придется расследовать десяток убийств. А когда отдыхать? Нет, Антон себе совсем не так представлял работу в «убойном» отделе. Зачем брать лишнее дело? Тем более, зачем забирать его у других детективов? Но Крутикову, видимо, ничего не докажешь.
— Ладно, как скажешь. Если шеф согласится, тогда займемся и этим делом. Я не против.
Крутиков ушел в офис к Шляпникову, а Антон остался сидеть за своим столом, просматривая сводки происшествий. Больше преступлений, где фигурирует молекулярная ткань, он не нашел.
Напарник вернулся неожиданно быстро, минут через пять. Он победно улыбался.
— Шеф передал дело нам. Как я и думал! Оказывается, Саенко заболел. Говорит, вирус какой-то. Поехали на виллу Конашевича, а с делом по дороге ознакомимся. Минут тридцать у нас будет для этого.
— Прекрасно. Поехали, — буркнул Антон, стараясь скрыть свое недовольство.
В «Пантере» они прочитали всю информацию о несчастном случае с Михаилом Конашевичем. На первый взгляд казалось, что это действительно трагический нелепый несчастный случай. Если бы не небольшое «но» в виде частиц молекулярной ткани. Каким образом она попала на тело Конашевича? Причем, судя по отчету экспертов, молекулярная ткань находилась на разных участках его тела: на руках, ногах, спине.
— Осмотрим дом Конашевича. Может быть, найдем что-нибудь интересное, — сказал Крутиков.
Но осмотр виллы Михаила Конашевича не дал никаких новых результатов. Зато Крутикова обрадовали эксперты. Они выяснили, что в крови президента корпорации «Венерианс фармс» есть следы робисола, газообразного вещества, от которого человек теряет сознание. После этого сообщения даже Антон уже не сомневался, что Конашевича убили.
Глава 16
— Пора ехать к Светлане Конашевич, — объявил Антон, подходя к столу своего напарника.
Крутиков в это время разговаривал с кем-то по коммуникатору. Судя по выражению его лица, разговор был очень важным. Он сделал жест рукой, чтобы Антон подождал.
Ждать пришлось целых две минуты. Для Антона, который хотел немедленно действовать, это показалось слишком долго.
— Теперь мы можем ехать к Конашевич? — спросил он, когда Крутиков отключил коммуникатор.
— Нет, подожди. У меня тут появилось срочное дело.
— Какое дело? Нам же нужно опросить Конашевич.
— Успеем. Понимаешь, полицейские киборги в космопорте Венера-сити задержали подозреваемого по одному старому убийству. Некий Ярослав Александров. Мы его целый год разыскивали. Он подозревается в убийстве. Я вел это дело. Думал, что его уже нет на Венере. Оказывается, он прятался где-то здесь. Сейчас его привезут к нам. Нужно его допросить. Сам понимаешь, это нельзя откладывать. Кстати, ты тоже можешь присутствовать на допросе.
Допрос подозреваемого в убийстве — важное следственное действие. Антону нравилось допрашивать подозреваемых. Ему даже нравилось просто присутствовать при этом следственном действии. Не потому, что ему доставляло удовольствие видеть несчастье другого человека. Просто ему нравилось побеждать преступника. И допрос предоставлял такую возможность. Это борьба двух личностей.
Раньше Антону ещё никогда не приходилось присутствовать на допросе подозреваемого в убийстве. И тем более он раньше сам ещё никогда не допрашивал убийц. Поэтому он охотно согласился с предложением Игоря.