Светлана встретила Антона и Игоря в черной одежде и с покрасневшими глазами. За последние сутки, с тех пор, как ей сообщили о смерти брата, она видимо, очень много плакала.
— Здравствуйте, Светлана Васильевна, — поздоровался Игорь. — Я детектив-сержант Игорь Крутиков, а это мой коллега Антон Игнатов. Полиция Венера-сити, Отдел по расследованию убийств. Можно с вами поговорить?
— Пожалуйста, проходите, — она отступила в сторону, пропуская полицейских в квартиру.
Квартира находилась на двадцать пятом этаже одного из домов на улице Армстронга. Это было очень большое помещение, обставленное дорогой современной мебелью. Из огромных окон, чуть ли не на всю стену, открывался прекрасный вид на океан.
Светлане Конашевич было тридцать лет. Она работала в корпорации своего брата, занимаясь маркетингом и рекламой. Это был их семейный бизнес, унаследованный от родителей.
Предложив полицейским присесть, она тихо спросила:
— О чем вы хотели поговорить? Я всё рассказала вашим коллегам ещё вчера.
— Мы знаем, Светлана Васильевна, и очень благодарны вам за вашу помощь. — Игорь сочувственно посмотрел на сидевшую перед ним женщину. — Приносим соболезнования по поводу смерти вашего брата… Не хотели вас беспокоить в такое время, но нам нужно уточнить некоторые детали…
— Какие детали? Вы, кажется, сказали, что из Отдела по расследованию убийств? А что вам нужно? Ведь мой брат погиб из-за дурацкого несчастного случая. Наверное, такая карма у всей нашей семьи. Сначала родители, теперь брат…Крутиков не стал хитрить.
— Светлана Васильевна, есть основания полагать, что вашего брата убили. Это не был несчастный случай. Кто-то всё спланировал.
Конашевич сжала руки так сильно, что они побелели.
— Убили? — недоверчиво переспросила она. — Как убили? Но ведь мне сказали, что Миша поскользнулся в ванной.
— Дело переквалифицировано с несчастного случая на умышленное убийство, — сообщил мрачным тоном Крутиков, а потом добавил: — Найдены доказательства, свидетельствующие о насильственной смерти.
После этих слов Светлана Конашевич не выдержала, зарыдала. Она вытирала ладонями слезы, катившиеся по её щекам.
Антон налил в стакан воды, предложил Светлане. Она сделала несколько глотков и немного успокоилась. Он, чтобы не видеть её заплаканное лицо, отвел взгляд в сторону.
Ни Крутиков, ни Игнатов не спешили задавать вопросы. Это могло опять вызвать поток слез.
— Извините, — сказала хозяйка квартиры. — Теперь я в порядке. Спрашивайте.
— Скажите, были ли у вашего брата враги?
— Не знаю. Недоброжелатели были, но враги, такие, чтобы убить, нет, не знаю. Миша занимал высокий пост, а в бизнесе всегда найдутся недовольные.
— Назовите, пожалуйста, недоброжелателей Михаила. Кто они? Почему между ними сложились такие отношения?
— Так сразу и не вспомнишь, — медленно проговорила Светлана. — Например, микробиолог профессор Иван Николаевич Минаев. Но он уже умер. Самоубийство. Выступал за защиту окружающей среды. Минаев долго возглавлял научно-исследовательский институт при нашей корпорации. Он был против добычи водорослей из венерианского океана. Но ведь это так важно! Из водорослей получается великолепная еда, вы же знаете. А этот чудак-профессор кричал об охране природы. Но наша корпорация ничего не нарушает. Мы действуем строго по официальным квотам на добычу и производство.
— Ясно, — сказал Крутиков, внося фамилию профессора в свой коммуникатор. — А ещё недоброжелатели у вашего брата были?
— Ещё? — переспросила Светлана. — Ну разве что Вадим Попков. Он раньше работал помощником Минаева. Они с Мишей дружили. Но примерно год назад они поссорились. Я точно не знаю из-за чего. На самом деле, наверное, по какому-то пустяку. Вадим ушел из нашей корпорации. Он открыл свой собственный бизнес.
— Больше вы никого припомнить не можете? С кем ваш брат конфликтовал?
— Вы знаете, больше никого не могу вспомнить.
— А с кем ваш брат дружил?
Светлана задумалась.
— С Вадимом Попковым, — сказала она после небольшой паузы. — Я уже говорила о нем. Но они потом поссорились. С кем ещё? С Андреем Пановым. Они с ним вместе когда-то учились, с тех пор дружат. Он сейчас занимает пост вице-президента нашей корпорации. По-моему, больше ни с кем. Ещё несколько приятелей у него было, но они не близкие друзья. А вот по-настоящему дружил он только с Вадиком и Андреем. Я сейчас найду вам их контакты.