— Скажите, Елена, зачем вы хотели со мной встретиться? Вы сказали, что это очень важно. У вас есть информация, касающаяся убийства Михаила Конашевича?
Девушка открыла глаза. Только сейчас полицейский обратил внимание, что у нее красивые голубые глаза с каким-то бирюзовым оттенком. Они напоминали ему цвет венерианского океана.
— Если честно, то никакого особого дела у меня нет. Просто я хотела ещё раз поблагодарить вас за то, что спасли меня тогда на звездолете.
Антон с раздражением посмотрел на нее.
— А про убийство Михаила Конашевича тебе нечего рассказать? — спросил детектив, переходя на «ты».
Девушка не ответила, поэтому он сказал:
— Лена, я на твоей стороне. Расскажи мне всё, что знаешь. Я пойму. Мне кажется, ты знаешь больше, чем говоришь. Давай не будем играть в угадайку.
— Хорошо. Но я не убивала Михаила. Мне кажется, что полиция меня подозревает. А ты мне веришь? — Казалось, девушка сейчас заплачет, такой жалобный стал у нее голос.
— Конечно, верю, — поспешил заверить её Антон, хотя на самом деле у него такой уверенности не было.
— В общем, вечером перед убийством Михаила я приезжала к нему на виллу.
Антон тяжело вздохнул. Что ж, значит, как минимум сидящая перед ним девушка встречалась с Конашевичем, а как максимум — его убила. Он вдруг поймал себя на мысли, что почему-то равнодушней относится к тому, что Елена могла убить президента корпорации «Венерианс фармс», чем к тому, что она с ним встречалась. Почему-то их интимная связь его раздражала.
— Значит, у тебя с Конашевичем все-таки были романтические отношения? Вы были любовниками?
— Нет! Конечно, нет. Про любовную связь я выдумала.
— Тогда я ничего не понимаю. Зачем же ты приехала к нему вечером на виллу?
— Это была… деловая встреча. Ничего такого, о чем ты подумал.
Появление официанта, принесшего заказанные Антоном и Леной блюда, прервало разговор.
Детектив исподлобья посматривал на девушку, которая весело болтала с официантом, хвалила блюда и передавала «наилучшие пожелания шеф-повару».
— Что значит «деловая встреча»? — нетерпеливо спросил Антон, как только за официантом закрылась дверь. — Чем вы занимались с Конашевичем?
— Обычная деловая встреча, — пожала плечами девушка, принимаясь за первое блюдо. — Разве ты не знаешь, что такое деловая встреча? Это встреча, на которой обсуждаются разные деловые вопросы. Не любовные. Кстати, почему ты не ешь? Давай, а то остынет. Чувствуешь, какой аромат? Здесь отлично готовят!
Действительно, блюда пахли очень вкусно. Антон вдруг почувствовал сильный голод. Он принялся за еду, и с удовольствием отметил, что хотя ресторан «Океан» небольшой и расположен на окраине Венера-сити, готовить в нем умеют.
— Я же говорила, что тебе понравится. — Лена улыбалась, наблюдая, как её спутник с аппетитом ест.
— Вкусно, — согласился Антон, принимаясь за второе блюдо.
— У нас на Венере вообще неплохо готовят.
— Мне кажется, ты пытаешься уйти от ответа. Так какие все-таки дела были у тебя с Конашевичем? Неужели это такой большой секрет?
— Не секрет, конечно. Просто мы с ним обсуждали некоторые проблемы биологии. Понимаешь? Михаил по образованию биолог. Это потом он стал заниматься бизнесом.
— Ладно, тогда скажи, не был ли в тот вечер Михаил чем-то обеспокоен? Может быть, он вел себя необычно? Ты вообще заметила какую-нибудь странность в его поведении. Вспомни. Это очень важно!
Девушка пододвинула к себе салат. В нем виднелись какие-то красно-фиолетовые листики.
— Нет, ничего странного в его поведении я не заметила, — сказала она. — Ничем не могу помочь. Я бы хотела тебе помочь, но не знаю как. Я вообще законопослушный человек. Попробуй этот салат. Очень вкусно.
Девушка явно не хотела говорить об убийстве Конашевича, но Антон был настойчив.
— А когда ты выходила из дома Конашевича, когда садилась в аэрокар, ничего подозрительного не заметила? Может быть, кого-нибудь видела?
— Нет, никого не видела, — отрицательно покачала головой Лена. — Да и стемнело тогда уже. Даже если б захотела — не увидела.
— Пользы от тебя нет никакой, — проворчал Антон, и принялся за очередное блюдо.
Весь ужин Игнатов пытался узнать что-то новое от Елены Василенко, но она отделывалась от него односложными стандартными ответами. Девушка явно что-то недоговаривала. Но что? Этого Антон никак понять не мог, а узнать — не получалось.