— Нет! Ничего такого мне Миронов не приказывал! Он просто хотел, чтобы тебя арестовали за хранение калорийных продуктов. А к убийству твоего напарника мы не имеем никакого отношения. Клянусь!
— Чем клянешься? Для тебя же ведь ничего святого нет.
В доводах Саенко была логика. Зачем убивать Крутикова, если можно ему, Игнатову, просто подбросить запрещенные продукты. Это проще.
Антон сел на диван. Ему не хотелось больше ничего делать. Не хотелось прятаться и убегать. Пусть полиция приходит сюда и задерживает его. Он сопротивляться не станет. Какой во всем этом смысл? Нет смысла. Никому верить нельзя. Невеста, любимая невеста изменяет с его лучшим другом!
Как можно быть таким слепым? Ведь любовная связь между Катей и Мироновым началась, видимо, давно.
Вдруг Антона осенило. Значит, о том, что он тогда во время спецоперации в доме Артюшенко взял калорийные конфеты, начальству сообщил Миронов! Ему, наверное, рассказал кто-то из полицейских, остававшихся в доме Артюшенко.
— Сиди тихо, Саенко — приказал Антон, а сам направился на кухню.
Почти половину кухни занимал Интеллектуальный ресторанный комплекс, который предлагал пользователям блюда и напитки практически всех народов. Стоил он огромных денег, но у Саенко они, как уже отметил ранее Антон, явно имелись.
— «Чёрные джунгли», один, — сказал Игнатов, активировав голосовое управление ресторанным комплексом. Один такой коктейль ему сейчас не повредит.
На раздаточной линии через минуту появился высокий бокал с черной жидкостью — коктейль «Чёрные джунгли». Подумав немного, Антон опять сказал: «Чёрные джунгли», один».
Взяв оба бокала, Игнатов вернулся в гостиную. Хозяин квартиры с ненавистью посмотрел на него. Что ж, а какой ещё реакции от него ожидать?
— Угощайся, Коля, — Антон протянул своему бывшему коллеге бокал. — Выпей. У тебя сегодня счастливый день. Я тебя не убил. Ты живой. И останешься таким. Если, конечно, не станешь делать глупости. А ведь ты их не станешь делать, правда?
Поколебавшись, Саенко взял предложенный ему напиток, и сделал один глоток. Антон последовал его примеру.
Потом детектив связался по голограммеру сначала с Катей, а потом с Алексеем Мироновым, и высказал им всё, что о них думает. Видимо, говорил он не очень приятные слова, потому что они быстро отключились.
Уличенная в неверности Катя даже оправдываться не стала. Она просто сказала с виноватым видом: «Прости, но мы с Лешей любим друг друга». Миронов же вначале попытался убедить Антона, что он ни в чем не виноват, что это ошибка, но после того, как Саенко во время очной ставки по голограммеру дал признательные показания, был вынужден признаться.
— Хорошо, — сказал Миронов. — Допустим, я действительно сделал всё то, в чем ты меня обвиняешь. Давай допустим это. Плохо я поступил? Да, наверное. Но пойми, Екатерина тебя больше не любит. Она просто боялась тебе сказать об этом. Не хотела тебя расстраивать. Понимаешь?
— И поэтому ты решил меня подставить, альфонс недоделанный! — перебил его Антон. — Отлично. Вместо того, чтобы сделать всё открыто, вы сговорились за моей спиной. Решили от меня избавиться. Ну и гад же ты. Жаль, что ты далеко, а то дал бы тебе по твоей хитрой самодовольной морде!
— Давай поговорим, когда ты протрезвеешь. — Миронов отключился от голограммера.
Кровь прихлынула в голову Игнатова. Он вскочил, схватил свой бокал, который к тому времени уже был пуст, и запустил его в голограммер. Бросок оказался чертовски точным. Световые индикаторы устройства после попадания в него бокала замигали, а потом все одновременно погасли. Голограммер, не отличавшийся большой надежностью, не выдержал гнева своего владельца.
У Саенко затряслись руки. В таком состоянии его названный гость может натворить всё что угодно. Но Игнатов быстро успокоился. Он посмотрел по сторонам. Взгляд его наткнулся на Саенко. Бокал его был пустым.
— Нам с тобой не повредит ещё одна порция «Чёрных джунглей». — Антон нетвердой походкой направился на кухню.
Глава 48
Ночью в космопорте Венера-сити людей было только немножко меньше, чем днем. Звездолеты постоянно прилетали и улетали. Олег Тарасов подошел к зоне регистрации пассажиров и передал симпатичной девушке билет на звездолет, следовавший на Землю.
— Пожалуйста, побыстрей. Я хочу ещё купить кое-какие сувениры, — сказал он.
— Конечно, сэр, — улыбнулась девушка, проверяя его билет. Через минуту она сказала: — Всё в порядке, сэр. Счастливого пути!
Тарасов, отходя от зоны регистрации, что-то пробурчал в ответ. Вступать в диалог с девушками, пусть даже симпатичными, ему не хотелось. Ему хотелось улететь на Землю.