– Что за приказ еще?
– Ну, такой же, как у меня. Вывести тебя пред Его ликом, значит. Понял?
– Понял.
– Пошли?
– Нет, не выйду.
– Чего так?
Я задумался. Старая Яга всегда говорила, что Черное Солнце для меня опасно. Оно управляло здесь, было хозяином и владыкой. Значит, я поселился на Обратной Стороне без спросу, и оно хотело знать, кто я такой и откуда. Вот только, я был уверен, что после этого представления дороги назад уже не будет. А значит, этот путь, простой и логичный, был не для меня. Не мог я спокойно поклониться Черному Солнцу, принять его милость и остаться тут. Я должен помогать своей Новой Хозяйке. Я должен найти путь туда, к ней. Я должен вернуться к свету Белого Солнца!
– Не могу, – ответил я наконец. – Я нужен ей, понимаешь, она без меня пропадет.
Андреич упрямо покачал головой:
– Пошли наружу, не дури. Вишь, день заканчивается уже.
– Вижу. Не пойду.
– Ну смотри! Тебе три дня еще дали. Я это должен передать. За три дня или возвращайся назад, или выходи, кланяйся здешнему хозяину, принимай еду, а то отощал совсем. Скоро уже и на Этой Стороне помрешь. Куда тогда отправишься?
– Не знаю, – честно ответил я.
И правда, было неясно, куда еще отправиться, если на Темной Стороне быть не можешь, а на Светлую попасть не умеешь. Безмирье – это даже страшнее, чем Черное Солнце. Старая Яга, когда меня учила, только раз упоминала о нем. Страшно это, когда совсем ничего нет. Она сказала, что туда затягивает самых-самых плохих нежитей, которых даже и Черное Солнце не принимает, хотя оно милостиво. Я, значит, могу вот так закончить – никак совсем.
Я глянул на Андреича. Мой бывший друг выглядел не так плохо для человека, умершего давным-давно. Черное Солнце, похоже, и правда здесь может все…
Однако вдруг вспомнилось мне, как убегал под черными лучами испуганный Ян Борисович… Все-то милостивое светило может, и всех-то принимает, и все-то позволяет. Даже Двоедушникам. Вот где сейчас томится светлая и ни в чем не повинная душа, запертая в темнице своего двойника? Я хлопнул рукой по земле и выпрямился, насколько мог.
– Я услышал тебя, но принять милость Черного Солнца не могу. Оно увидело меня – это было ошибкой – но оставаться здесь я не буду. Я помощник Яги и должен идти к ней.
– Ну и иди тогда, – проговорил Андреич, поднимаясь вслед. Три дня у тебя было с тех пор, как ты это услышал. Первый прошел уже.
Я покосился на дверь. Лучи почти исчезли. Шумная Нежизнь за стенами блиндажа замолкала потихоньку, Черный день умирал.
На зомби уход здешнего солнца сказывался быстро и плохо. Андреич начал пошатываться и как будто темнеть.
– Слышь, тёзка. Я пойду. До свиданьица, значит. Ты подумай еще раз, понял?
– До встречи. Тут думать нечего. Я должен быть с Ней, – меня обжег еще раз юный образ – яркий и свежий, запечатанный в памяти навечно. Андерич, как будто, тоже ее увидел, – закряхтел и вывалился из двери. Пошагал тяжело куда-то к лесу.
– Я приду завтра, слышь. Ты дверь-то не запирай больше, не надо, – крикнул он напоследок.
– Ага, как же, – пробормотал я.
На эту ночь у меня была запланирована масса дел, но сначала я должен был вернуться к Настёне в моих воспоминаниях, хоть на секунду, я же ей обещал! До утра еще очень много времени, я все успею…
***
Утренний подъём застал меня врасплох. Как обычно, нас будил дедуля Баламут – бегал вокруг палатки и булькал. Я с трудом вырвалась из ночного кошмара. В нем Миланка приходила ко мне в гости в виде зомби и вежливо просилась войти в избушку, а я не менее вежливо отвечала, что избушки-то нет, профукали случайно. Бывшая подруга, вся серая, упрямо что-то бубнила, но потом у нее отвалилась рука и она пошла выедать мозг другим. Не часто я радовалась пробуждению, ведь во сне ко мне иногда приходил… я собралась с мыслями, вернее, выкинула ненужные из головы, пока дождь не полил, и выскочила из палатки на утренний холодок.
Моя дружная команда потихоньку собиралась в центре и строилась в шеренгу. Вот, приучила же! Виталька выбрался из своего шалаша, который он недавно соорудил, и тоже встал в строй. Его я не заставляла, но перевертышу нравилось быть вместе с другими.
– Так, давайте посчитаемся. Все на месте? – включила я командира.
Команда загалдела нестройно.
– ТИ-ХО! Русалки: раз, два, три, четыре… семь… Давайте, кого я буду называть, кричите «Я». Понятно? Баламут?…
Дедуля отвлекся, он болтал с новеньким… как там его…