Сейчас мой помощник, как всегда, пытался предугадать и предусмотреть все сразу. Он так подозрительно оглядывал наше укрытие, будто ожидал засаду из парочки шпионов. Мне же шатер показался просто сказочным. Этот мир редко не разочаровывал. Чаще всего ожившие сказки так отличались от оригиналов, что хотелось или убежать от них, или спрятаться, или, на худой конец, просто забыть. Тут же все было точно, как на картинке про Золотого Петушка – богато вышитая палатка, красивые мягкие ковры и подушки внутри – настоящий дом для какой-нибудь Шамаханской Царицы. Хотя она, конечно, была плохая… Стоило, пожалуй, тут получше оглядеться.
Обойдя по кругу центральный шест, на котором, собственно, держалась вся конструкция, я не нашла в шатре ничего опасного. Спрятаться врагам тут было негде, а вот от злого Черного Солнца он защищал нас прекрасно. Пахло тут интересно – медом, увядшими цветами и почему-то немного псиной.
За тонкой тканью послышались тихие шорохи и мягкое переступание звериных лап. Василий сделал мне знак вести себя потише, и я опустилась на подушку. Мой помощник еще раз оглядел всю палатку, обойдя ее по периметру, не нашел, к чему бы придраться, и уселся рядом со мной.
- Переждем день здесь, - произнес он еле слышно.
Я молча кивнула и прислушалась. Снаружи, начиналась Иная Жизнь. Отдельные звуки выделить было сложно, но там явно что-то происходило – поскрипывали деревья, не удивлюсь, если вечером они окажутся на других местах, шелестела сухая листва, а из леса доносились голоса давно мертвых птиц.
Мой живот неожиданно включился в этот хор, выдав громкую голодную руладу. Я виновато поглядела на Васю, но тот сидел, задумавшись, не расслабляясь ни на секунду. Он так вслушивался в звуки снаружи, что моего голодного урчания, похоже, не заметил.
- Ой, а у когось тута в животе рэволюция? – резко нарушил внутреннюю тишину шатра тонкий скрипучий голосок.
- Тише ты! – шикнула я на Привета, который с шумом выбирался из кармана рюкзака.
- А, ничё! – заявил он еще громче и закатил глаза. – Чё мы тутась не видали! Эт же просто Черный День. А вы разве показываться Солнцу не будете?
- Не будем! Сиди тихо.
Я попыталась запихать его назад в карман, но неугомонный лохматик не дался.
- А чё это тут у нас? – пошел он разведывать внутренности нашего временного убежища.
Василий очнулся от мыслей и начал доставать из своего старого мешка какие-то пакеты.
- Давай, поедим пока! – произнес он очень серьезно, будто вопрос был жизненно важным. Хотя для меня уже так и было.
- Ой, глядитя, чавой тута нашлося! – завопил вдруг Привет из дальнего края шатра.
Мы поднялись. Я – со скрипом и охами, Василий – легко, будто и не шагал всю ночь спортивным размеренным шагом.
- Да тише ты! – прикрикнул он на Привета страшным шепотом.
- Ой, ладно! Идите-кось сюды!
Мелкий катался по полу и подпрыгивал от удовольствия. Перед ним прямо на полу был раскинут настоящий пир горой. И откуда только все это взялось? На белоснежной скатерти с красивыми золотыми узорами кто-то успел незаметно расставить целую кучу яств: пироги, каши в мисках, овощи и фрукты – запеченные и сырые, пышные караваи и даже какая-то птица на блюде, подозрительно похожая на лебедя, а еще горы сладостей. Именно так я представляла себе царские пиры.
Василий вздохнул, как будто сбылись его худшие опасения. Я подошла поближе и взяла в руки яблоко, просто чтобы посмотреть – настоящее оно или нет. Помощник быстрым движением выбил его у меня из рук, и наливное чудо покатилось по ковру.
- Нельзя это есть! – зарычал он свистящим шепотом.
- И не собиралась, я же не дура! – ответила я ему точно таким же свистом.
- Да ладничко вам! – громко заорал Привет и покатился прямо по столу. – Ох, я бы на вашем местечечке!
- Если хочешь – съешь что-нибудь, - предложил ему Василий неожиданно ласково.
- Ты чего? Хочешь на нем попробовать, не отравлено ли? – ужаснулась я.
- Да нет, конечно, - усмехнулся помощник, – я же не изверг. Хочу проверить, не взрывается ли это, и нет ли там других ловушек. А потреблять нам это в любом случае нельзя.
- Маленький, уйди оттуда быстро! – отозвала я Привета.
- Да нормульненько тама все, чаво ты все шугаесся? – пробулькал Привет. – Мы, Приветы, ничаво не едим. Нам оно не надобно. А вот, будя я человеком… Эх!
- Ну, к счастью, ты не человек, - пробубнил Василий и отодвинул меня от стола, будто тот и правда был заряжен взрывчаткой.