Но сейчас ее мать выглядела просто грустной.
И разочарованной.
— Я звонила тебе, — тихо сказала Джордин. — Три раза за последние пару дней. По крайней мере, ты выбрала отель, с которым я могла связаться, даже если не могла дозвониться до тебя.
Да, потому что, несмотря на то, что Лючия отказалась возвращаться домой и решила вместо этого присмотреть за Диего ради Ренцо, это действительно не имело значения. Все, что потребуется, это быстро проверить ее счета или карточки, и ее семья будет точно знать, где ее найти. Или даже просто позвонить своим стражам порядка.
Прятаться было некуда.
Так что, она не пряталась.
Джованни задержался в коридоре, когда Лючия сняла туфли и положила сумочку в угол.
— Мне нужно немного времени, мам. Прости.
— Но почему...
Лючия вскинула голову и, прищурившись, посмотрела на мать.
— Что почему?
Джордин, казалось, ничуть не смутилась гневным вопросом Лючии. На самом деле, ее мать стояла, прислонившись к стене, будто вся эта ночь была для нее чем-то другим. Не то чтобы это реальная проблема.
В том-то и дело...
Для Лючии это было огромной проблемой.
Ее отец... то дерьмо, что он делал, было проблемой.
— Как поживает молодой человек? — спросила ее мать. — Я слышала, его зовут Ренцо. Думаю, он довольно хорош в том, что делает. Твой брат посвятил меня в дело. Отец рассказал мне еще кое-что. Ну, как он?
Лючия моргнула.
Она могла бы сказать о многом, но только одно казалось ей подходящим для того, что она чувствовала к Ренцо.
— Он великолепен.
Ренцо был намного больше, чем просто великолепен. Он был всем, чем Лючия никогда не хотела быть. Обладал той силой, о которой она могла только мечтать. Он был чертовски удивительным.
Джордин коротко кивнула.
— Ты могла бы попытаться взглянуть на вещи с точки зрения твоего отца, когда речь заходит о молодом человеке, Лючия. Пройди милю в его ботинках, так сказать. Ты могла бы по крайней мере...
— По крайней мере, что, мам? — резко вмешалась Лючия. — Притвориться, что папа не считает Ренцо мусором? Вести себя так, будто он не забрал единственную вещь, которая действительно помогает Ренцо, лишив его младшего брата детского сада, где я работаю? И за что, потому что он связан со мной? К черту это...
— Лючия, язык.
— Что, как и все остальные здесь, черт возьми, не ругаются все время?
Кто-то кашлянул позади Лючии, и ей потребовалось полсекунды, чтобы понять, что это не ее дядя. Она резко повернулась и увидела, что отец снимает пиджак, прежде чем повесить его на крючок, предназначенный для него. Ей хотелось, чтобы все было не так, как сейчас, но от одного взгляда на отца ее гнев разгорался еще сильнее.
— Как ты мог так поступить с ним, папочка? — спросила она.
Джованни откашлялся и посмотрел на Люциана, который сделал вид, что ничего не заметил. Ее отец не спеша выудил ключи, телефон и бумажник из карманов пиджака, прежде чем ослабить галстук на шее. Кивнув в сторону ее матери, Люциан потребовал:
— Ты извинишься перед своей матерью за то, что так с ней разговаривала. Если у тебя проблема со мной, то ты должна решить ее со мной, Лючия. Однако ты не должна так разговаривать со своей матерью. Только не в этом доме.
Плечи Лючии напряглись, но она все же сказала:
— Прости меня.
— Все в порядке, — тихо сказала Джордин. — Я просто.. Джио, хочешь кофе или еще чего-нибудь?
— Налей мне немного виски?
— И я не скажу Ким.
Джованни засмеялся.
— Ты заключила сделку.
В коридоре повисла напряженная тишина, пока шаги матери и дяди не затихли на кухне. В такие минуты ей отчаянно хотелось смотреть на что угодно, только не на отца. И все же она вздернула подбородок и встретилась с холодным взглядом отца.
— Ты уволилась из приюта, — заявил ее отец.
Это был даже не вопрос. Неудивительно, что он уже знал об этом.
— Я люблю это место, — прошептала Лючия, — И ты разрушил его для меня, поступив так с Ренцо.
— Детский сад был предупреждением, — пробормотал Люциан, вскидывая одну руку, будто это ничего не значило. — Для него, а не для тебя. Но ты... ты такая же упрямая, как и твоя мать...