— Не хочу, сука, пиздуй с моих глаз пока я тебя не отрубил, — разозлился Ямаока. Нана послушно встала, подняла халат и вышла на балкон.
— Не боишься, что ее кто-нибудь взломает? И будет использовать для слежки или попытается тебя убить? Особенно с пиратской прошивкой... — спросил Тадакацу, пока Ямаока накладывал на тарелки порции риса с обжаренным тофу. — Я вроде бы где-то читал про такие случаи... Правда это было в Китае...
— Я был бы рад умереть во время секса, — усмехнулся Ямаока, ставя на стеклянный кофейный столик тарелки с едой. — А вообще классная штука, сама себя моет, тактильные ощущения как от соприкосновения с настоящим человеком, может поддержать любой диалог благодаря искусственному интеллекту... Стоит только дорого, пришлось взять в рассрочку. Но ничего. В перспективе все равно дешевле, чем ухаживать за суками или нанимать проституток.
— Да уж, я тебя не представляю с живой женщиной, — Тадакацу наколол на вилку кусочек тофу и откусил, вдумчиво пережевывая и смакуя. — Слушай, правда вкусно.
— Потому что сделано с душой, — кивнул Ямаока с набитым ртом. — Сейчас поедим и пойдём. Тебе бриф отправили?
— Да. В этот раз дело касается нас самих. Нужно найти и ликвидировать бывшего старшего сержанта Фукусиму Мунешиге, раньше работал на «Ханзо» в карательном отряде, потом его разжаловали и уволили за какой-то проступок. Наши следаки выяснили, что во время испытаний лиминала он следил за нашей базой и по крупицам собирал информацию с помощью хакеров и подставных лиц. Потом еще бывал на местах наших заданий, анализировал трупы, узнавал информацию у очевидцев. В общем, вплотную за нас взялся. Неясно, правда, зачем.
— Мунешиге? — Ямаока чуть не подавился рисом. — Я слышал про него разные слухи. Одни говорят, что его контузило и у него поплыла крыша, стал слышать голоса в голове... По приказу этих голосов убил свою дочь, потом стал убивать других детей, мол, чтобы ей на том свете было не скучно. Другие говорят, что он использовал фосфорный газ в метрополитене, ну, помнишь тот случай пару лет назад... Хотя, наверное, и то и другое просто выдумки.
— Вот как. Ну... Я смотрел его дело, там в графе с причиной стоит «нарушение корпоративного кодекса» без уточнений, так что может быть, в целом, что угодно...
— Это довольно надежный маркер того, что он совершил нечто из ряда вон выходящее. Может он вообще киберпсих какой-нибудь? Который может целый взвод положить в одиночку? Такие ведь тоже бывают. Вот нас и отправляют его обнулить, потому что обычный отряд он изнасилует. А может, просто потому что информация касается нас самих, а он обычный шизик, который хочет получить имплант и страдать всякой хуйней?
— Посмотрим, — пожал плечами Тадакацу. — Ты зачем мне так много риса положил? Знаешь же, что у меня аппетита никогда не бывает.
— Это потому что ты алкоголь не пьёшь. Аперетивчик помогает прогреть желудок. Ничего ты не смыслишь в жизни. Я вот банку пива выпил пару часов назад — сразу есть захотелось. Как ты в академии «Ханзо» вообще выживал во время спаррингов и тренировок?
— Я не учился в академии. Часть детства я провел с частными учителями, остальное время — на испытательном полигоне в ебаной лаборатории, где познавал жизнь уже при поддержке искусственного интеллекта. Я знал все библиотеки мира, и в то же время не знал почти ничего. Просто плавал в информационных потоках, — вспоминал Тадакацу, растирая лицо рукой. — А вообще, ты ведь в курсе, что алкоголь угнетает центральную нервную систему и снижает эффективность лиминала в несколько раз, вызывая риски перегрева. Вон много раз говорил об этом.
— Вон мудак занудный, вот что я тебе скажу.
Закончив ужинать, Ямаока приказал Нане убраться в квартире, оделся как обычный гражданский — в композитный бомбер, шерстяной свитер с вышивкой обезглавленного Юкио Мисимы и дутые длинные штаны — затем заточил лезвие танто, взял сразу три пачки сигарет, раскидав их по свободны карманам, и вышел вместе Тадакацу из квартиры. На фоне Тадакацу, одетого в строгий нейлоновый плащ, офисные брюки и обычную хлопковую рубашку, Ямаока выглядел контрастно и вызывающе; что, впрочем, только укрепляло их маскировку. Глядя на них, никто бы не подумал, что они как-то причастны к корпорации.
Спустившись в гараж, они сели в темно-синюю «тойоту креста» с тонированными окнами — еще одна гордость Ямаоки, которую он достал через перекупщиков за двенадцать миллионов йен. Ямаока завел машину, Тадакацу закрыл глаза и приступил к калибровке имплантов, вручную подкручивая показатели через рут-права. Заиграла акустическая система с объемным звуком и глубокими басами, выдавая зубодробительный японский дрилл о торговле наркотиками, убийствах и прокачке своих имплантов. Тадакацу, выглядывая из-под век, попытался сделать звук потише, но вместо этого усилил кондиционер.