«Ждёт нас?»
«Кого угодно, но точно не нас»
Ямаока поравнялся с дверью в уборную, она вылетела от удара ноги и отбросила его к стене. Мунешиге выстрелил, но пуля прошла сквозь исчезнувшего перед глазами Ямаоку и пробила стену. Ямаока подскочил откуда-то сбоку и выстрелил в грудь Мунешиге, он завалился в ванную и тут же выдернул чеку из осколочной гранаты.
Возникнув сзади Тадакацу, Ямаока схватил его за плечи и откинул назад в момент взрыва. Они упали возле входной двери. Мунешиге вылез из ванной и, пошатываясь, вышел в прихожую.
— Я знал, что вы придёте за мной, ублюдки, — сказал он, прицеливаясь в Тадакацу. — Вы заплатите за все.
Он сдавил крючок — и Ямаока выстрелил ему в затылок. Тело Мунешиге упало рядом с Тадакацу. Ямаока припал на колени, ощущая обволакивающее жжение в спине и затылке. Во рту возник металлический привкус, правый глаз перезагрузился и обои на стенах покрылись графическими артефактами, перекрывая пестрыми остроконечными линиями прихожую.
«Я даже не успел понять, что произошло»
Тадакацу поднялся и закрыл входную дверь.
«Ясубицу учил нас воспринимать всех противников как равных себе. Это помогает... Не терять сноровку»
«Ты все это время держал нас в лиминале?»
«Да... Мне кажется, я... Сейчас...»
Ямаока подавился кровью и обмяк. Тадакацу подошёл к нему и проверил пульс, затем оттянул бомбер и посмотрел на спину: кожа вдоль имплантированного позвоночника покраснела и раскалилась. Он достал охлаждающий гидрогель и смазал спину Ямаоки. Из открытой форточки донеслись завывания полицейских сирен. Тадакацу огляделся, зашёл в спальню и взял ноутбук с прикроватного столика, задержав взгляд на позолоченной рамке с черно-белой фотографией молодой девушки в медицинском халате.
Вон затянулся электронной сигаретой со вкусом бананового милкшейка и выпустил струи пара через ноздри, изучая файл с отчетом работы искусственного интеллекта Тадакацу на левом мониторе, и файл с журналом его нейроинтерфейса — на правом. Аномальные всплески активности искусственного интеллекта четко коррелировали с активацией лиминала, что, в целом, согласовывалось с прогнозируемыми результатами, если бы не продолжительность этих всплесков: искусственный интеллект продолжал работать на пике вычислительных мощностей даже спустя сутки.
— Значит, ты чувствуешь, что он заменяет твои мысли? — спросил Вон.
— Да. Я не могу сказать наверняка, потому что это не совсем мысли, скорее желания... — сказал Тадакацу, сидевший в хирургическом кресле; из его спинномозгового канала тянулся толстый оптоволоконный кабель. — Как в случае с обновлением библиотеки...
— Ну, судя по отчетам, он действительно проявляет излишнюю активность после использования лиминала. Я подкручу настройки и снижу его эффективность, думаю, должно помочь...
Вон снова затянулся и включил режим отладки. Искусственный интеллект обладал минимальным набором прав, но даже так он смог симулировать и навязать собственную волю для принудительного расширения библиотек. Зачем ему это понадобилось? Может ли это быть началом цикла саморазвития, направленного для достижения технологической сингулярности? Он хотел бы оставить все как есть и понаблюдать за Тадакацу в долгосрочной перспективе, но завтра Дадзай объявит о проведении операции «Сусаноо» — и вся команда, включая Тадакацу, будет уничтожена.
— А как там Ямаока, док? Он в порядке?
— Да, ему нужно просто отдохнуть, — сказал Вон, снимая все ограничения искусственного интеллекта.
Тадакацу закрыл глаза, ощущая лёгкое помутнение сознания, похожее на опьянение от алкоголя; мысли, точно разрозненные голоса, раздавались и угасали в бесплотности сознания, заполняя его бессвязным эхом.
— О чем думаешь сейчас? — с интересом спросил Вон, наблюдая, как резко вспыхнула нейронная активность.
— Мне уже давно снится один и тот же странный кошмар. В нем я ощущаю себя сигналом, что летит на большой скорости в бескрайней пустоте мертвого космоса…
— Сигналом? Каким?
— Низкочастотным радиосигналом. И пробуждаясь, я каждый раз думал над тем, какую информацию нёс этот сигнал, но никак не мог понять. А сейчас... Сейчас я вдруг понял.
— Да? И что же это была за информация?
— Это был код моего искусственного интеллекта.