«Ты должен стать единым с нами»
— Папа, не делай этого.
«Ради будущего человечества»
— Прошу, остановись.
«Ради своего сына»
Сэцуши проткнул маленькое тело Акиры и отбросил его в сторону. Така достал пистолет, затвор отъехал назад и завис в прерываниях. Сэцуши метнулся к нему и размозжил пластиковую голову ударом рукояти. Раздался запоздавший выстрел. Пространство лиминала затряслось, накладываясь на реальность, где он стоял рядом с Тадакацу.
[ПРЕВЫШЕНИЕ ДОПУСТИМОГО УРОВНЯ ТЕМПЕРАТУРЫ ЦЕНТРАЛЬНОГО ЯДРА]
— Останови это, — взревел Тадакацу, разрываемый болью. — Мне страшно, я ничего не понимаю… — его спинномозговой имплант искрился, выжигая спину. — Я… Оно везде и становится только больше! Я так не могу! Останови это! — завопил он. — Хватит! Хватит!
Тело Тадакацу деформировалось, из живота вырвались оптоволоконные кабели, кожа на лице лопнула, кровоточа и съеживаясь, конечности затряслись, непропорционально расширяясь, раздался хруст, и спинномозговой имплант выдался из спины, отрываясь вместе с сухожилиями, мышцами и нервными волокнами. Тадакацу закричал, давясь хлынувшей из желудка кровью. Пространство стало ощущаться густым и отяжелевшим, Сэцуши сделал шаг к нему, концентрируя остатки силы в правой руке. Тадакацу поднял голову: она раздвоилась на облезлый череп и настоящее лицо, искаженное ужасом, Сэцуши коснулся его шеи остриём катаны — и вдавил, пронзая насквозь. Лиминал схлопнулся, Тадакацу сполз по креслу на кафель и задергался в судорогах.
«РАЗРЫВ СВЯЗИ: ОШИБКА 0х000023 КРИТИЧЕСКОЕ_ПРЕРЫВАНИЕ»
«РАЗРЫВ СВЯЗИ: ОШИБКА 0х000001 КРИТИЧЕСКАЯ_ОШИБКА_ПРОЦЕСС_СМЕРТЬ»
Сэцуши застыл, отрешенно смотря на мост. По лезвию катаны стекла капля крови.
00D ЦУКУЕМИ
Сузуки Кабуто вызвали на место чрезвычайного происшествия посреди ночи. Оператор не уточнил детали, но попросил прибыть в суши-бар «Тануки» как можно быстрее. За последнюю неделю это был уже то ли тридцать второй, то ли тридцать третий вызов — казалось, будто бы пользователи начали специально выискивать баги в системе, чтобы развлечь себя или попытаться преодолеть те или иные программные ограничения. В офисе вообще ходили слухи о целенаправленных попытках саботировать работу симуляции группой кибертеррористов, но никаких доказательств, даже косвенных, они пока не смогли обнаружить: баги происходили в разное время, при различных обстоятельствах и с разными пользователями, что исключало умышленную порчу программного обеспечения по предварительному сговору. Могла ли быть причина в захламлении самого кода? Исполнительный директор Хироси Хамакаси уверял, что код безупречен, и что его защитные протоколы на основе искусственного интеллекта способны самостоятельно корректировать ошибки. Тогда почему приходится «фиксерам», программистам с правами отладки, исправлять баги вручную? И почему Хироси никого не допускает до «ядра», основного кода симуляции? Если речь действительно шла о всеобщем благополучии, то логичнее было бы выявить причину ошибок и исправить код, а не каждый раз латать возникающие бреши в симуляции. Впрочем, Сузуки — всего лишь фиксер из отделения дебага. Ему и без этого хватало своих проблем.
Дорога заняла у него не больше десяти минут, хотя навигатор показывал двадцать три — маршруты на карте каждый раз прокладывались окольными путями, поэтому Сузуки привык ориентироваться по памяти, срезая там, где карты предлагали сделать большой бесполезный крюк. Припарковавшись напротив трехэтажного суши-бара, Сузуки закурил сигарету и вышел из машины. Возле входа уже собралась толпа зевак, на две трети состоявшая из настоящих пользователей, которые с любопытством пытались заглянуть внутрь, а остальные, что были искусственными персонажами, отчаянно пытались зайти в бар, руководствуясь своими скриптами — но полиция, оцепившая вход, преграждала им путь. Сузуки протиснулся через толпу и показал своё удостоверение фиксера.
— Ебануться, — усмехнулся он, затягиваясь сигаретой.
В дверном проеме, наполовину застряв в текстуре, с бешеной скоростью тряслась бутылка соджу.
— Только не прикасайтесь, она мощно отбрасывает в случайную сторону, — крикнул ему официант из бара. — В итоге ни войти, ни выйти. Люди тут заперты уже часа три. Мы пытались ее как-то сдвинуть, и стреляли по ней, и стулом били, ничего не помогло. Стул, вон, отлетел так, что весь бар разнёс. Один из ботов пытался зайти, так его под пол куда-то занесло, до сих пор оттуда пытается сделать заказ.