Я дернулся, покачнувшись от захлестнувшего негодования. Еще мгновение – и болтливое дерево и впрямь превратилось бы в угли, а мысль погреться у огня показалась как никогда соблазнительной. Гнев, клокочущий во мне, словно магма, готов был выплеснуться наружу, густо замешенный на магии. Смертоносная смесь вроде напалма или саламандрова огня. Казалось, даже капли дождя с шипением испаряются, касаясь моей кожи…
Но затем последние слова привратника достигли сознания.
А ведь он прав. Что еще за война на пороге чужого дома? Докатился. Кидаю молнии в привратников… А дальше что? Превращение горничных в мышей? Или взять в заложники дворецкого?
Медленно сцедив через зубы набранный воздух, я выплюнул горечь непроизнесенного заклятия, стиснул пальцы в кулак, гася зародыш несостоявшегося пожара, и подставил лицо прохладному дождю.
– Ну что? – внезапно откуда-то сверху послышался недовольный детский голосок. – Фейерверков не будет больше?
С ветвей, разбрасывая тучи брызг, скатился вниз темноволосый пацан лет восьми в зеленой курточке. Второй мальчик в серой куртке, на вид чуть помладше и посветлее, остался сидеть на толстой ветке, слегка наклонившись, чтобы видеть происходящее получше.
– Это еще кто такие? – опешил я.
– А мы тут с мамой. Она работает у господина колдуна, – сообщил ребенок.
– Это дети экономки господина Магрица, – добавил привратник, прикрывая ветвями стоящего на земле мальчика от дождя. Второй пацан недовольно отвел ветки, загородившие обзор. – Иногда они навещают меня… – Морщины на коре изобразили подобие улыбки.
Я внутренне похолодел.
– А если бы… Бес вас раздери, а если бы я действительно…
– Не переоценивайте и не недооценивайте себя, молодой человек, – проворчал привратник с утробным вздохом. – Неужто вы всерьез полагали испепелить меня вот так, с ходу? Или вы меня за простое говорящее дерево приняли?
Я посмотрел… и присвистнул. То, что на поверхности выглядело старым дубом, под землей превращалось в чудовищного спрута, распустившего тысячи неимоверно длинных щупалец корневой системы во все стороны, прочно перепутав их с каменными корнями подземных ходов и подвалов самой башни Магрицев. И дом, и равнина висели на этом сплетении как капля росы в паутине.
Один неосторожный шаг – и асфальт дороги, словно вафлю, взломала бы одна из таких плетей, обвивая обидчика смертоносными петлями. Или разверзлась бы дыра прямо под его ногами…
И еще вопрос, хватило бы у меня времени одолеть это чудище. Привратнику от роду тысяча с лишним лет. И все это время он копил свою мощь. Не всякий маг способен победить такое древнее существо.
– …К тому же опыт научил меня различать не только магию, но и людей. Неужто вы всерьез думали, что действительно захотите убить живое существо только потому, что оно стоит на вашем пути? – закончил привратник мирно.
Я развернулся и двинулся вдоль рва, вломившись в сухостой отцветших за лето растений на обочине.
– Эй, туда нельзя! – воскликнул мальчик.
Что может быть увлекательнее прогулки под моросящим дождем в окрестностях старого чародейского гнезда?
Сам замок был не так уж велик, но у его подножия ничего, кроме стен и макушки главной башни, рассмотреть не удавалось. Старые стены с выщербленной кладкой и окнами-бойницами вздымались словно до самого неба, щекоча животы степенно ползущим тучам. Пятна зелени расползались по ним, освеженные дождем и оттого празднично-яркие. От каждого камня кладки веяло магией – застарелой, могучей, темной, словно ушедшая эпоха, что ее породила. А главная башня светилась как прожектор, несмотря на отсутствие всяких огней. Если закрыть глаза, то даже через веки проступало багровое пятно.
Не то чтобы я искал лазейку – очень может быть, что они и есть, но для этого придется потратить годы, выискивая слабины в хитросплетениях магических преград и каменной неприступности постройки.
Для начала я хотел попытаться отправить послание. Благо что вода совсем рядом. А дождь усилит воздействие…
До странности узкий каменный ров на три четверти заполняла вода – сейчас мутная, свинцового оттенка и волнистая от дождя. Вряд ли ров сам по себе имел предназначение стать преградой. Даже не очень сильный пловец мог бы преодолеть его… Наклонившись к подвижной поверхности, я сразу же отшатнулся. Под пленкой воды лениво струилась едва различимая сущность, смахивающая на гигантский шифоновый шарф, оброненный в ров. Только ток силы от этого монстра шел чудовищный.
Это ж какой властью надо обладать, чтобы заставить служить водяного элементала?
И что за жертвы требуются Магрицу, чтобы смирять его?
М-да… При всем желании мне его жертвы не переплюнуть как в прямом, так и в переносном смысле. И здесь стихии Воды меня не услышат. Слишком сытые и слишком прожорливые.
Я попрыгал на месте, разбрызгивая грязь и тщетно пытаясь избавиться от озноба. Затем, оскальзываясь, побрел вдоль рва. Чужая воля пронизывала пространство как прожилки руды горную породу и ощутимо давила. Все время казалось, что кто-то недобро смотрит в спину. Причем многоглазо.
Звуки смывал и гасил дождь. К тому же капюшон мешал смотреть и слушать, поэтому я несколько раз нервно оглядывался, пытаясь перехватить наблюдателя. Однако, похоже, это разыгралось воображение…
Сероватую дымку дождя периодически продергивала судорога едва уловимых искажений, когда нечто неявное, но массивное перемещалось по равнине. Я попытался прикоснуться к невидимке и получил чувствительный ожог, словно задел медузу. Местами почва пузырилась, обозначая неведомые контуры. То ли подземные ходы, то ли ловушки.
Один раз я задел сторожевую струну и обмер, почувствовал, что тянется за ней. Древнее, изнаночное, то, что не для белого света…