– В прошлый вторник я следил за разгрузкой одного корабля в соседних доках. Товар отвезли сюда. Его заносили по этой лестнице в эту дверь. Тут–то меня и заметили. Стали палить. Еле удрал… Я вот–вот открою... – Ростих, пыхтя и потея, достал из кармана другую отмычку и стал ковырять дверной замок с еще большим энтузиазмом. Перешёл на шёпот – постой–ка, вот так!
Замок щелкнул, но дверь не открылась. Ростих растерянно поднял глаза на Лиду. Она молча нарисовала на двери знаки, которым ее обучил Олаф и дверь с тихим щелчком отварилась во внутрь. Повеяло складской прохладой. Ростих даже рот открыл.
– Это Олаф меня научил… Какие–то руны. Я так пробираюсь к атриуму в Патестатуме.
– Напомни мне сказать господину Григеру спасибо.
Они двинулись вперёд в сумраке третьего этажа. Звенящая тишина давила на барабанные перепонки.
– Где охрана?
– Внизу. Эту дверь через пожарную лестницу сложно увидеть с улицы, и по плану ее нет. Если хозяева и ждут воров, то на первом этаже.
Потолок поддерживали колонны, все перекрытия в здании снесли. Вдоль помещения тянулись ряды полок. На складе было темно, как в подземном царстве. Светились только колбы–цилиндры размером с человеческий рост, выставленные в два ряда. В них плавало нечто напоминавшее щупальца кальмаров. Но присмотревшись, Лида поняла, что содержимое колб больше походило на голые кошачьи хвосты, только намного длиннее.
Они пугали Лиду больше всего. Ей казалось, что в тени колб притаилась охрана и теперь ждет удобного случая, чтобы схватить непрошеных гостей. Под самым потолком были протянуты красные веревки. Сначала Лида подумала, именно к ним привязаны многочисленные коробки с надписями, но присмотревшись, поняла, что ошиблась. Веревками затягивали круглые мешки. Концы веревок спускались вниз как змеи.
– Ростих, что это за мешки? – спросила Лида, разглядывая красные шары под потолком.
– Там страусовые яйца.
– Хорошо, что не человеческие головы.
– Ты недалека от истины. Это мешки с проклятьями. Их хорошо берут на черном рынке. – пропыхтел Ростих, Он шарил руками по верхней полки соседней антресоли. – Похоже это надолго. Ищи вот такую коробку. Сам свиток легко поместится в руку, но документы для дешифровки очень большие. Хранить их отдельно нельзя, поэтому у нас есть хоть какой–то ориентир.
Друзья разделились и стали искать: Ростих пошел по правому ряду стеллажей, а Лида по левому, подальше от мерцающих колб. Искать приличных размеров коробку, по словам Ростиха, не меньше метра в длину, было не сложно. Таких предметов на складе оказалось на удивление мало.
В основном длинные стеллажи были заставлены мелочевкой: фонарики, заячьи лапки, притирки и парашки в деревянных стаканах, бронзовые колокольчики, колпаки, под которыми Лида обнаружила красные и белые светящиеся кристаллы, барабаны, перчатки и в великом множестве всевозможные фарфоровые вазочки, чашечки, наполненные пуговицами. Были и такие предметы, названия для которых Лида не могла подобрать.
Ей стоило больших трудов протискиваться вперед, ничего не сбив локтем или не задев широкой юбкой. Ростих же, напротив, справлялся с завидной ловкость. Он бесшумно скользил мимо прилавков, заглядывал в коробки, подсвечивая дорогу посохом.
Лида задержалась у стеллажа с черными свитками, каждый из которых был спрятан в стеклянную банку. От бумаг так и веяло холодком. А напротив стеллажа стопкой были сложены, как башенка блинов, круглые исписанные пергаменты. Да такие большие, что не обхватить руками.
– Уходи, сейчас же! – неожиданно крикнул Чайка. – Уходи! Еще есть шанс. Здесь нет свитка.
– Ты вернулся? – выдохнула Лида, растерявшись.
– Я уже осмотрел склад – вы слишком долго копаетесь. Свитка нет. Бегите, – призрачно прошуршал Клобук и умолк.
– Ростих, – позвала Лида, осмотрев на предмет свитков два рядя стеллажей, – мы еще не закончили?
– Мы не уйдем без свитка, – ответил Ростих, спрятавшись за узким стеллажом, а Лида постаралась унять тревогу. После предупреждения Чайки у нее взмокли ладони, и в животе затрепетали бабочки.
– Ростих, Чайка вернулся… Кажется, он велит мне уходить.
Но Ростих совсем не слушал. Он наткнулся на дверь, скрытую веревками как шторами. Лида в жизни не догадалась бы туда заглянуть, но Ростих ухитрился приметить блеск дверной металлической ручки. Вскрыв ее старым добрым способом Олафа, друзья пробрались внутрь. Там, кроме мешков с огромными яйцами, были сложены ящики, отлично подходившие для хранения ворованных свитков.