Она бросилась к другу, раскидывая в стороны коробки и мешки. Ростиха было не видно. Пришлось отодвинуть стеллаж, и Лида увидела вместо мальчика существо размером с башмак, напомнившее щетку для обуви. Шерстяной комочек без лапок жалобно смотрел на Лиду тремя желтыми глазами. Лида развязала рукава крутки на поясе и бережно завернула неведанного зверя.
– Хватай его и бежим! – вопил Чайка.
– Он не дышит…
– Конечно не дышит, – удивился Клобук, – у него нет ноздрей!
Лида задрожала от головы до пят, а сердце сжалось:
– Он что же… Погиб? – одними губами спросила она Чайку.
– Нет, – фыркнул тот, – чтобы жить, дышать не обязательно…
Ростих лежал у нее в руках мягкой тряпочкой. Из его желтых глаз катились янтарные шарики. Лида в исступлении, не понимая зачем, начала подобрать шарики и забивать ими карманы платья.
– Ну всё... – выдохнул равнодушно Чайка. – Кончено!
Лида почувствовала, что ее тащат за воротник. Вот проплыл мимо дверной проем. Кто–то грубо выволок ее на лестничную площадку и бросил в толпу скупщиков. Но Лида не обращала на них внимания. Какое ей было дело до своей судьбы, когда Ростих рассыпался янтарными шариками. В зале, где был погром, по–прежнему все дрожало и периодически гремело – жило своей жизнью. Однако девочку это больше не волновало.
Скупщики расступились. Тяжёлыми шагами к Лиде подошел местный начальник. Он был настоящим чудовищем: с грудью как бочка, буйной львиной гривой и лицом, обожжённым солнцем. И Лида вдруг узнала его. Это был Сафл, сын Якуша.
Лида увидела физиономию Сафла лишь на мгновенье, когда, растолкав плечами охранников, он волосатыми ручищами, похожими на лопату, забрал у нее Ростиха. Чудовище развернуло куртку и швырнуло беспомощного Ростиха на землю. Существо, некогда бывшее мальчик из РК, с характерным шлепком упало скупщикам под ноги. Лида ахнула и прижала руки ко рту. Контрабандисты откликнулись грудным неприятным смехом.
Насмеявшись вдоволь, главный скупщик занес над Ростихом свой грязный сапог.
– Нет! – крикнула во все горло Лида. – Все что хотите, только не это!
Контрабандист опешил, услышав, что Лида говорит на другом языке и отвел ногу. Ему подали куртку девочки. Он достал из кармана деревянный билет Олафа и показал товарищам. Те одобрительно заулюлюкали.
– На счет три хватай куртку и беги. Все получится верь мне! – отозвался Чайка, и это была та поддержка, в которой Лида отчаянно нуждалась. – Раз, два… три!
Лида одной рукой подобрала Ростиха, рванулась вперед и, подпрыгнув, выхватила табличку из рук верзилы. Не успела она приземлиться на ноги, как волшебный билет Олафа перенес ее на садовую дорожку у знакомого дома, крышу которого украшала голова быка с обломанным рогом.
Лиду точно обухом ударили, так гудела голова. Она стала ломиться в дом доктора Белояра Корта. Ей не открыли. Тогда, нарисовав волшебные знаки на ручке, она вошла внутрь. Как робот, на автомате, Лида прошла прихожую, гостиную и, перепрыгивая через одну ступеньку, по лестнице взбежала в кабинет Белояра.
– Доктор, доктор Корт! – звала она, не понимая, который час и совсем не помня себя от ужаса.
Белояр вырос перед ней из ниоткуда в халате и ночном чепце, держа посох на перевес. Лицо у доктора было злющее при злющее.
– Посмотрите, что мы натворили! Еще бы чуть–чуть и нас бы прибили насмерть… он хотел растоптать Ростиха... – не своим голосом начала Лида, протягивая зверька доктору. Тот выронил посох и смачно выругался. – Какая же я дура! Бедный, бедный Ростих. Чайка ведь предупреждал, нужно было бежать…
Корт молча забрал Ростиха, и, уложив его на блестящий стол, снял с кристалла колпак. Лида зажмурилась от яркого света. Доктор быстро стер с доски, весившей на стенке шкафа, какую–то руну и вернулся к столу. Он посмотрел на Лиду и строго заговорил. Но тут они оба столкнулись с непреодолимым языковым барьером. Тогда доктор скорчил грустную мину и оттянул себе веко, капнув на щеку чем–то из пипетки, стоявшей тут же на столе.
– Слеза? – сообразила Лида. – Да есть, полно!
Она подскочила и высыпала из карманов платья все янтарные шарики, что смогла собрать.