— Положи одежду на столик, - сказала я, игнорируя ее риторический вопрос.Обращение получилось такое, будто хозяйка отдает распоряжение прислуге, и однокурсница это ощутила. Она вспыхнула от злости и демонстративно швырнула служебный костюм на пол.— Ой, какая досада, Сирская! Я такая неловкая!— Подними, - возмутилась я.— Сама поднимешь, не маленькая! - окрысилась Ленка. - Думаешь, если все тебя сегодня считают героиней, то Илья Владимирович положит на тебя глаз и в постельку?Ее голос звенел от злости.— Что ты несёшь, Гордева? На работе переутомилась, что ли?Она искривила яркие алые губы в издевательской улыбке и подчеркнуто пренебрежительно оглядела мою фигуру, закутанную в большое банное полотенце.— Ой, да ладно притворяться. Как будто тебе не хочется закадрить такой шикарный экземпляр. Когда ещё случай такой выпадет? Но у меня для тебя плохие новости, Сирская. Илья Владимирович предпочитает девушек модельной внешности. Таких, как я, например - тоненьких и ярких. Меня уже просветили об этом девочки в администрации. Так что у меня больше шансов!Слушая ее, я неверяще покачала мокрой головой. Однокурсница всегда отличалась на редкость экспрессивным характером, но тут уж ее на эмоциях совсем понесло.— Слушай, Гордева... иди-ка ты к себе, - посоветовала я ей. - Водички там попей или под кондеем охладись. А то ты вот вроде разговариваешь... а мне кажется, что бредишь. За одежду, кстати, спасибо. А то мне переодеться не во что, а Илья Владимирович ждать не любит.При упоминании президента даже в таком безобидном контексте Ленку аж перекосило.Ого... да она всерьёз на него глаз положила, что ли?— Всегда пожалуйста! - прошипела она и демонстративно воткнула каблук своей туфли в груду брошенных на пол вещей. Затем покрутила ступней, словно танцуя твист... а на самом деле вытирая о потенциально мою одежду свою подошву.— Ты ненормальная? - обозлилась я и вскочила с кресла, пока Гордева не вздумала вылить на костюм шампунь или измазать его в мыле. Она и не на такое способна.— Что здесь происходит? - раздался спокойный гулкий голос.Мы обе замерли. В дверях душевой, которую Ленка не прикрыла за собой, стоял президент Маг'прома.— Илья Владимирович! - выдохнула Гордева и быстро убрала ногу с костюма. - Я тут... принесла Свете одежду, как вы сказали.— Почему одежда на полу?— Я... я ее уронила. Подскользнулась, чуть сама не упала.Цаверин перевел на меня взгляд.— Это правда, Светлана?— Нет, - с огромным удовольствием сообщила я и прикусила изнутри щеку, чтобы не рассмеяться при виде вытянувшейся физиономии однокурсницы.Я и сама удивилась, почему так легко и просто сообщила правду. Зачастую из-за повышенной эмпатии мне было тяжело ставить людей в неловкое положение - даже если они сами нарывались, - и Гордева об этом прекрасно знала. Чем и пользовалась в прошлом.Поскольку дальнейших объяснений от меня не последовало, Цаверин посмотрел на часы и приказал:— Принеси новый костюм, Елена. Только постарайся на этот раз крепко держаться на ногах. Потому что за порчу костюма я вычту его стоимость из твоей стипендии согласно договору с университетом.Гордева закивала, змеёй проскользнула мимо президента, и мы с ним остались наедине.Кожу плеч и груди снова стало припекать. Жар медленно растекался и дальше, по предплечьям, животу, полуголым бёдрам… И я осознала, что стою перед своим работодателем в одном полотенце. Не голая, конечно, но очень близко к этому.
Глава 14
Илья Цаверин продолжал стоять на входе душевой, подпирая плечом дверной косяк. И уходить как будто бы не собирался.— Это Елена сообщила в отдел кадров об отсутствии у тебя магических способностей? - вдруг спросил он.— Да, - кивнула я, затягивая полотенце на груди плотнее.— Очевидно, что она соврала. По какой причине?Я пожала плечами.— У нее ко мне стойкая неприязнь. И убежденность, что на магфак я поступила исключительно благодаря своему отцу - декану юрфака.— А это так? - равнодушным голосом спросил Цаверин.— Нет, - отрезала я и почувствовала, что ответила слишком эмоционально.Это был болезненный вопрос.С самого первого года на магфаке однокурсники - в той или иной степени светловолосые, - смотрели на меня с подозрением. Я была единственной на всем потоке безукоризненно темной шатенкой с шоколадно-коричневым цветом волос. В обычном случае это могло означать лишь одно - мой организм магию не вырабатывает. А значит, напрашивается вывод, что на магфак я поступила, воспользовавшись влиянием декана юридического факультета.Увы, те небольшие практические упражнения, которые нам позволяли, всегда проводились индивидуально, в специальных антимагических комнатах-боксах. С техникой безопасности для неопытных студентов на магфаке было строго. Так что никто, кроме преподавателя, не видел меня там.Хотя вообще-то однажды Гордева пробралась в один из боксов, чтобы снять видео для своего популярного блога в магонете. Хотела всем доказать, что «эта выскочка-отличница Сирская» ничегошеньки на самом деле не умеет. И просчиталась. Впрочем, откровение о реальном положении вещей почему-то обозлило ее только ещё больше, так что моим личным хейтером она быть не перестала. А видео так никому и не показала. Зато пакостить мне принялась с утроенной силой.Вспоминая об этом, я начала злиться. Да и вообще... когда уже принесут одежду? И почему президент Маг'прома словно приклеился к двери и никак не уйдет? От его пронзительного серебряного взгляда некуда было спрятаться. Разве что накрыться с головой своим полотенцем. Но тогда он увидит то, что не демонстрировалось ещё ни одному мужчине в моей жизни.Сама не понимая, зачем так откровенничаю, я снова заговорила:— Неприятности от Гордевой в целом жизнь мне не осложняли. Так, настроение портили в основном. Хотя однажды после физкультуры я вернулась из душа в женскую раздевалку... а моя одежда из шкафчика пропала. Хорошо хоть спортивное белье было с собой. Правда, идти в нем в мужскую раздевалку и слушать, как надо мной смеются однокурсники, было очень неприятно... Но моя одежда оказалась именно там.Мне казалось, что Цаверин слушает меня без интереса, поглощённый какими-то другими мыслями. Но он внезапно спросил:— Как ты узнала об этом?— Дикая магия подсказала. Я умею с ее помощью отслеживать всё, к чему прикасалась. Не всегда четко, но в тот момент это сработало.— Полезный навык.— Ещё какой! Если бы не он, мне пришлось бы позориться куда дольше, - усмехнулась я не без горечи и добавила тише, скорее для себя: - Хотелось бы мне, чтобы Гордева когда-нибудь попала в такую же ситуацию. И поняла, каково было мне...Цокот каблучков снаружи заставил Цаверина отлипнуть наконец от косяка и посторониться. В душевую вошла Гордева и, мило улыбаясь, протянула мне аккуратно сложенный костюм.— Спасибо, - буркнула я машинально.— Пожалуйста, - подчёркнуто дружелюбно ответила однокурсница.Да уж... и не подумаешь ведь по ее тону, что между нами вражда. Актриса, блин.Цаверин шагнул было на выход и вдруг споткнулся на пороге. Медленно, как будто преодолевая собственное нежелание, он повернул голову и сказал:— Елена, зайдите ко мне в кабинет.— Конечно, Илья Владимирович!Они скрылись за дверью, а я с облегчением избавилась от полотенца.