Выбрать главу

Лукерья молча наблюдала за ней, проверяя, насколько та терпелива и упорна.

— Ты думала, ведьмы только колдуют, девка? – усмехалась она. – А вот попробуй хозяйство вести одной, тогда и узнаешь, в чём настоящая магия.

Наташа понимала: это испытание. Но она не жаловалась.

Каждое утро она убирала в доме, перемалывала сушёные травы в порошок, раскладывала их по мешочкам. Лукерья заставляла её запоминать каждую травинку, её запах, вкус, свойства.

— Всё, что растёт, зачем-то нужно, – говорила бабка, указывая на выложенные перед Наташей растения.

Иногда Лукерья давала ей травы без объяснений и ждала, пока она сама догадается, что это.

— Вон ту срежь, – говорила она, показывая на пучок сушёного растения, висевший под потолком.

Наташа тянулась, снимала траву, ощупывала её пальцами, нюхала.

— Полынь?

— Молодец. Теперь скажи, от чего она?

— От порчи… и ещё, кажется, от тоски?

Лукерья кивала, но тут же доставала новую траву.

— А эта?

— Мята… от головной боли.

— А если мяту смешать с беленой?

Наташа нахмурилась, вспоминая.

— Сон станет тяжёлым, как камень.

— Верно, – хмыкала Лукерья.

Так проходили её дни.

Наташа училась, запоминала, впитывала в себя все знания.

***

Каждый день Лукерья брала её с собой в лес.

— Учись, – говорила она, срезая сухую ветку и поднося её к лицу Наташи.

— Что это?

— Ольха. Защитит от сглаза, если носить под подолом.

Наташа внимательно смотрела, как Лукерья перебирает листья, аккуратно отламывает стебли, складывает травы в мешочек.

— А это?

— Чернобыльник. Сон плохой отгоняет.

Она учила Наташу не только собирать растения, но и понимать, как они работают.

— Одно лечит, другое калечит, – повторяла Лукерья. – Запомни: если что-то даёшь, значит, у кого-то забираешь.

— Почему?

— Так мир устроен.

Наташа не сразу это поняла.

Но вскоре она увидела, как это работает.

***

Однажды к Лукерье пришла женщина с ребёнком. Девочка лет пяти, бледная, с большими тёмными глазами, у неё был жар.

— Помоги, бабушка… Врачи сказали не могут ничем помочь.

Лукерья молча посмотрела на ребёнка, потрогала её лоб.

— Кто из твоих родных недавно умер?

Женщина вздрогнула.

— Бабка её…

— Любила внучку?

— Да… больше жизни.

Лукерья вздохнула.

— Хочет забрать её с собой.

Наташа похолодела.

— Можно что-то сделать?

— Можно. Но за жизнь одну придётся заплатить другой.

Женщина закрыла лицо руками, разрыдалась.

— Нет у меня никого, да и как это можно?

Лукерья долго молчала.

— Ты хочешь спасти дочь, да или нет? – прищурившись посмотрела Лукерья в глаза матери.

— Она всё что у меня есть… – расплакалась женщина.

Лукерья вздохнула, потом достала узелок, высыпала горсть сушёных ягод, кинула в воду.

— Пусть выпьет.

Женщина с надеждой дала отвар дочке.

На следующее утро малышка выздоровела.

Но через день умер её дядя.

***

— Ты знала? — спросила Наташа.

Лукерья кивнула.

— Никогда не бывает так, чтоб всё проходило без последствий.

— Но… почему?

Ведьма пожала плечами.

— Тайная сила – это не добро и не зло. Это обмен между светом и тьмой.

Наташа молчала.

Теперь она начала понимать.

И с каждой новой историей её уверенность в том, что приворот может дать её счастье, становилась всё слабее.

***

В следующие дни Наташа не раз наблюдала похожие случаи.

Лукерья снимала порчи, лечила болезни, помогала вернуть удачу.

Но каждый раз кто-то другой страдал.

К ней приезжали со всей округи, и она не отказывала никому.

Как-то раз к дому ведьмы пришла молодая женщина.

— Муж пить начал, работу потерял, нас с детьми бьёт, – всхлипывала она. – Помоги, бабушка, чтоб как прежде был.

Лукерья взяла её за запястье.

— Любит он тебя?

— Когда трезвый – да.

— Ладно.

Она дала женщине горсть сушёного зелья.

— Отвари и давай ему три вечера подряд.

Наташа внимательно наблюдала за ней.

— Что это?

— Сны его чистыми сделает.

— И всё?

Лукерья улыбнулась.

— Поглядим.

На следующей неделе женщина вернулась.

— Спасибо, бабушка… муж исправился. Работу нашёл, пить бросил.

Но перед уходом она добавила:

— А брат его… с обрыва сорвался.

Наташа почувствовала, как по спине пробежали холодные иголки.

— Так всегда? — шёпотом спросила она, когда женщина ушла.

Лукерья устало кивнула.

— Таков порядок вещей.