— Итак, до начала межродовой войны осталось сорок пять минут, а мы, вроде как, не мычим и не телимся. Но на самом деле это не так. Минут через семь-восемь Ксения Станиславовна загрузится в «Орлан» Конвоя, долетит до нашего городского поместья и примет командование над первым отделением, братьями Плещеевыми и «новичками». Ульяна и второе отделение уже в Бухте — готовятся ко встрече дорогих гостей. А мы с вами повеселимся тут. Правда, не все: вам, Наталья Родионовна, придется немного поскучать в лифтовом холле на крыше особняка в компании Софы и Тани. Ибо вы, де-юре, еще не являетесь Беркутовой-Туманной, а этой парочке не хватает реального боевого опыта. Тем не менее, боевая задача будет и у вас — я вверяю вашим заботам защиту наших домочадцев.
Оспаривать мое решение эта троица, выросшая на Надежде, не стала. И я со спокойным сердцем перевел взгляд на артефактора и его супругу:
— Валерий Константинович, вы, Надежда и Ира встретите диверсионно-разведывательную группу из семнадцати Одаренных первого-второго рангов, которые в две минуты первого ночи залетят в наши владения на вингсьютах и попробуют приземлиться на крышу особняка, чтобы взять заложников…
— Раз вы называете точное количество и точное время, значит, получили вполне конкретные разведданные? — угрюмо спросил он. А после того, как я подтвердил, заговорила его благоверная:
— Игнат Данилович, я понимаю, что вы не могли оговориться, поэтому объясните нам, пожалуйста, как, в вашем представлении, должен выглядеть бой с высокоранговыми Одаренными для группы, в которую входит простушка.
Я покосился на младшенькую, начавшую расплываться в ехиднейшей улыбке, и не удержался от шутки:
— О, черт! Ириш, ты ж у нас не Одаренная!!!
Глава 37
25 октября 2514 по ЕГК
…На край площадки для ведения боевых действий размером с хорошую автостоянку высадились в двадцать три пятьдесят и неспешно пошли к центру. На «Орлан», естественно, не оглядывались. Зато вслушивались в звук работы его движков и с помощью прозрения отслеживали каждое шевеление Валерия Константиновича. Поэтому засекли все четыре стадии «престидижитации» — перемещение наружу и активацию экспериментального техноартефактного комплекса, создающего фантастически реальную визуальную и акустическую иллюзию квадрокоптера с работающими движками, возвращение артефактора в салон и активацию второго блока, прячущего машину под мощнейшей глушилкой, бесшумный взлет энергетических систем двух Одаренных к небу и плавное «выключение двигателей иллюзорной копии». В результате доклад Дайны, наблюдавшей за процессом через камеры микродронов, зависших над позициями двух вражеских снайперских пар, не удивил:
— Поверили. И докладывают координатору, что вы оставили «Орлан» на земле. В общем, включаю прожектора. Чтобы временно ослепить этих тварей и порадовать зрителей, начавших подключаться к трансляции.
«Миленько…» — подумал я, «сбросив» сумеречное зрение и как следует зажмурившись. А после того, как зажглась иллюминация, назвал творческий дуэт создательниц двух принципиально новых приблуд редкими красотками и вроде как убрал отвод глаз, прятавший под собой стильные кресла и низкий стеклянный журнальный столик.
Но на самом деле это движение рукой было чистой воды фикцией — как только я перешагнул через черту, процарапанную на бетонке, датчик еще одной техноартефактной приблуды зафиксировал и передал на ее расчетно-аналитический блок трехмерную картинку и позволил создать правильное «изображение». Поэтому, добравшись до второй черты, мы спокойно скрылись под невидимостью, упрыгали метров на пятьдесят в сторону и остановились, а наши иллюзорные копии продолжили «играть». То есть, «я» довел своих напарниц до кресел, помог опуститься на сидения, взял со столика графин с соком и разлил его по бокалам.
БИУС прокомментировал и этот финт ушами — сообщил, что снайпера снова повелись, а скрытники ударных групп воинства Бредихиных «исчезли из реальности», то есть, вероятнее всего, выдвинулись на позиции.
Последняя фраза была лишней — я, Оля и Света ясно «видели» всю эту толпу с помощью все тех же прозрений, разглядывали наиболее развитые энергетические узлы и еле слышным шепотом распределяли цели, а Полина чувствовала. И, как выяснилось значительно позже, зверела от ненависти к Иннокентию Ярославовичу и его воинству.
В двадцать три пятьдесят пять «Ангел-Хранитель» снова вышел на связь и весело сообщил, что к трансляции с места будущей битвы уже подключилось двадцать семь миллионов зрителей и что львиная доля комментариев так или иначе касается демонстрируемого «нами» спокойствия.