Они нарисовались на пороге кабинета буквально минуты через две-три, посмотрели сначала на меня, а затем на Олю и Надежду, почему-то решили, что случилось что-то нехорошее, и помрачнели. Тем не менее, к креслам, на которые я показал, подошли уверенным шагом, сели и превратились в слух.
Мурыжить их неизвестностью было бы жестоко, и я начал издалека. Ибо все никак не мог подобрать правильное «первое предложение»:
— В настоящее время абсолютное большинство аристократов почему-то ставит знак равенства между принадлежностью к благородному сословию и наличием Дара, хотя доподлинно известно, что в колониальном транспорте «Надежда» не было ни одного Одаренного, и население анклава овладело магией только после высадки на поверхность терраформированной планеты. Говоря иными словами, у истоков всех нынешних династий Одаренных стоял инициировавшийся простец. В нашем роду Одаренных, вроде как, хватает, и в ближайшие несколько лет абсолютное большинство наших родичей приживит лепку с регенерацией, благодаря чему, обретет долголетие. А у доверившихся мне простецов есть два варианта будущего: остаться простецами и прожить короткую жизнь или пройти инициацию и обрести Дар, догнать родичей, развивающих его с четырнадцати лет, и усилить род не на тридцать-сорок лет, а как минимум на пару сотен…
Тут у девчонок загорелись глаза, и я, мысленно вздохнув, продолжил «давить»:
— Повторю еще раз: Дар можно обрести и в вашем возрасте. Но я не вижу смысла вкладываться в Новиков на всю голову…
— … ибо мы Беркутовы-Туманные — род Кошмаров и по рангу, и по духу! — лязгнула сталью голоса Оля, Надя подтверждающе кивнула, а я закончил свой монолог не совсем так, как собирался:
— В общем, я могу вложиться и в вас. Но сделаю это только в том случае, если вы не мыслите жизни вне моего рода и готовы вложить в свое развитие всю душу без остатка.
— Не мыслим… — спокойно сказала Таня. А ее подружка добавила:
— … и сдохнем, но догоним тех, кто начал раньше. Обещаем.
Я поверил. Фанатичной уверенности, которая появилась в их глазах. И коротко кивнул:
— Что ж, тогда отправляетесь к Валерию Константиновичу, сообщаете, что этой ночью уходите в Пятно, и позволяете снять с себя мерки. Потом шьете себе рейдовую одежду из любой кожи первого или второго ранга, проходите медосмотр у Ксении Станиславовны и «сдаетесь» Надежде Олеговне. А после того, как она подгонит под вас «сбрую» и даст почувствовать всю «прелесть» перемещения рывками за спиной Одаренных, найдете Ирину Сергеевну — она выдаст вам ваше личное снаряжение…
…Карамзина въехала в гараж через семь минут после официального начала обеда, взбежала по лестнице в коридор хозяйского этажа, принеслась в гостиную, как была — в игривом кожаном костюмчике — извинилась за опоздание, прошла к своему месту, опустилась в кресло и объяснила причину задержки:
— Ко мне внезапно заехали Брусилов с Вышеславцевым. Де-юре обещали молочные реки с кисельными берегами, а де факто предлагали тридцать три процента акций торгового дома «Мастер-Добытчик» в комплекте с пакетом обязательств типа создания отдельной линейки элитной одежды, снабжения производства шкурами высокорангового зверья и раскрутки всей продукции через мой рекламный отдел. Что самое забавное, привезли комплект рейдовой одежды из кожи девятого ранга, с артефактным «обвесом» пятого и разделочным ножом с зачарованием четвертого. Чтобы я смогла оценить всю прелесть этого мусора и, радостно взвизгнув, подставила шею под это ярмо.
— Судя по всему, визжать вы поленились… — ехидно улыбнулась Ксения Станиславовна и, конечно же, угадала:
— Ага. Но куртку пощупала. И заявила, что не собираюсь терять лицо, рекламируя такое убожество. Меня попытались убедить в том, что для любого начинающего добытчика или юнца, только-только начавшего делать первые шаги по пути развития Дара, этот комплект — свет в окошке. Хотя бы за счет «феноменального» зачарования клинков и «невероятно мощной» артефактной защиты. Но я рассмеялась и тычковым ножом Валерия Константиновича, по определению не предназначенным для режущего воздействия, рассекла «феноменальную» железяку. И заигралась, превратив штаны комплекта в игривые сетчатые колготки…
— Обиделись, небось? — «сочувственно» вздохнула моя младшенькая под смех всего Ближнего Круга.