— Да, невестка у меня… та еще змеюка. И будь у Миши характер хоть чуточку послабее, давным-давно подмяла бы под себя. А тут — вы и те ваши возможности, о которых она знает или догадывается…
Не заяви мне БИУС, что эта Воронецкая меня не подставит, ответил бы максимально нейтрально. А так рискнул сказать правду. После того, как сел напротив, положил руки на подлокотники и слегка расслабился:
— Весь этот час чувствовал себя сапером на минном поле…
— … благодаря чему не вляпались ни в одну логическую ловушку Лиды… — удовлетворенно продолжила Людмила Евгеньевна, сделала короткую паузу и дала два очень толковых совета: — Тем не менее, не обольщайтесь: Лида не любит проигрывать, ненавидит отказываться от своих желаний и всегда играет крапленой колодой. И если перед вылетом из дворца сдала гарнитуру прямой связи с личными аналитиками начальнику смены своих телохранителей, то в следующие ваши встречи будет загонять вас под свое крылышко, используя абсолютно все имеющиеся возможности. А их у нее предостаточно. Поэтому настоятельно рекомендую не играть с ней в ее игры, а дать почувствовать вашу неудержимость. То есть, при первой возможности на что-нибудь обидеться и хорошенечко придавить каким-нибудь жестким воздействием на Разум. Или показательно сорваться на ком-нибудь другом. Но так, чтобы Лида до смерти испугалась. Ибо, как показывает практика, ничего, кроме панического ужаса, ее не останавливает. И еще одно: получив в подарок лепку с регенерацией, она задалась целью максимально быстро прорваться в Богатыри и начать молодеть. Так вот, не вздумайте приглашать ее в Башню или какие-нибудь другие тренировочные заимки вашего рода: моя невестка сочтет это первым проявлением слабости, вцепится в вас, как бойцовый пес, и сделает все, чтобы вынудить прогнать по той же программе развития Дара ее многочисленную родню.
Переварив этот монолог и представив наиболее вероятные последствия следования предложенным императивам, я немного поколебался и спросил, как на мое «внезапное охлаждение» отреагирует Цесаревич.
Императрица мрачно усмехнулась:
— Игнат Данилович, брак Миши с Лидой — чисто политический, то есть, вынужденный, и любви в этой паре не было, нет и никогда не будет, так как моя невестка, как я уже говорила, редкая змеюка, а мой сын живет с ней лишь из чувства долга. Скажу больше: он страшно расстроен из-за того, что вы выразили ему свое уважение именно так, передал Лиде вашу лепку только из страха потерять перед вами лицо, до сих пор бесится из-за того, что эта стерва вот-вот обретет долголетие, и в глубине души надеется, что она не сможет «раскачать» застоявшуюся энергетику и «завалит» третью трансформацию. В общем, недовольства Миши можете не опасаться — порукой тому мое слово. Кстати: знаете, почему он так рьяно добивался руки Надежды Олеговны два последних года?
Я мысленно ухмыльнулся и озвучил один из самых тактичных вариантов правильного ответа:
— Решил сместить фокус внимания жены с себя на молодую соперницу?
Воронецкая фыркнула, обозвала меня молодым дипломатом и озвучила вариант пожестче:
— Жаждал затюкать Лиду руками второй Кувалды…
…Первая половина альтернативного варианта увода Императрицы из Большого Мира прошла на удивление спокойно — Ира отвезла нас на авиабазу «Чертаново», расположенную в ста шестидесяти пяти километрах от столицы, пересадила в новенький разъездной «Эскорт», доставленный на этот аэродром прямо с завода, и подождала, пока я загоню машину в десантный отсек военно-транспортного «Антея», на котором мы ни разу не летали; ровно через три с половиной часа этот борт сел на авиабазу «Оникс» и выгрузил минивэн возле ВПП, а еще через два десять тот вкатился на территорию поместья Бехтеевых через задние ворота. Тем не менее, расслабляться мы и не подумали — загнали подопечную под невидимость задолго до того, как припарковались на моем любимом месте, в темпе похватали рюкзаки, дождались прихода Воздушника и вместе с ним потопали к выходу из гаража. А после того, как оказались под открытым небом и проанализировали расположение «силуэтов» Одаренных, я вполголоса задал деловому партнеру крайне неприятный вопрос:
— Геннадий Романович, скажите, пожалуйста, пара теневиков, лежащих на крыше эллинга с перевертышами, ваша?
Он отрицательно помотал головой и так же тихо дал развернутый ответ:
— Нет, не наша. И если вы действительно звонили мне по защищенной линии, значит, ваши недруги держат наше родовое поместье под постоянным наблюдением.