— Игорь Архипович, скажите, пожалуйста, где обещанный член Совета и что это за клоуны?
— Игнат Дани— … — со вздохом начал, было, он, но договорить не успел, так как вылетел в «окно» межпространственного перехода. Само собой, не сам, а от оплеухи Светы. Судя по тому, что плоскость сопряжения миров пошла «волнами» от силы через секунду, а схлопнулась уже через две, Дайна открыла заглушку в трубе воронки чуть ли не до его «старта». А потом мы ответили на четыре площадные атаки «гостей» — на два аналога наших каменных игл, что-то непонятное из магии школы Воздуха и довольно мощную версию ослепления. Да, ничего не видя, ибо зрение накрылось медным тазом. Зато в полную силу и по заранее определенному сценарию.
Как ни странно, ужас, мозголомка, буйство молний и веер воздушных лезвий положили только двоих. А Рыжий с Жан-Жаком только пошатнулись и атаковали снова. Причем первый шарахнул очень мощной версией каменного взрыва, как потом выяснилось, «расщепившего» добрых сантиметров десять поверхности пола и нижней части стен, а второй прыгнул к Полине. Рывком. И промахнулся — девчонка, привыкшая к играм с перемещениями, спокойно сместилась в сторону и оставила вместо себя диск. Он лягушатника и доконал. В смысле, окончательно перегрузил артефактную защиту, спасшую мужика и от наших атак, и от последствий «дружественного огня», так что искрящийся кастет Птички, прилетевший в височную кость, поставил точку в бренном существовании этого конкретного незваного гостя. Ну, а четвертый охренел от плотности магофона восьмого круга Кошмара, сдвинувшегося на три метра, на миг застыл в неподвижности и… заорал. Что, в общем-то, было более чем нормально, так как мое облегчение зашло, как к себе домой, и превратило часть внутренностей в лед…
…Первые двадцать с лишним минут допроса новоявленного простеца Гарольда Робинсона-старшего, в основном, бесили. Ибо на этом этапе Дайна досконально выясняла все нюансы договоренностей между государственными образованиями, а я вслушивался в хрипы американца, распластанного на операционном столе мобильного реанимационного комплекса «Носорога», анализировал ответы и избавлялся от жалких остатков веры в порядочность, патриотизм и здравомыслие членов Совета. Поэтому к моменту, когда верная помощница сочла необходимым переключиться на следующий блок вопросов, пребывал, мягко выражаясь, не в настроении. И пропустил мимо ушей то ли два, то ли три подробных ответа. А потом мое сознание все-таки среагировало на «странность» следующего, и я, приложив себя бодрячком, вслушался в хрип Рыжего:
— … -счетам, гиперпространственный переход… открылся на глубине… девяти тысяч семисот двадцати метров… и поток воды, ворвавшийся в «окно», уничтожил… пять ярусов… научно-исследовательского… комплекса. Вторая попытка… тоже закончилась неудачно: наши ученые повысили… мощность установки в две целых… и две десятых раза и подобрали… нужное давление в зале перехода… но «окно» осталось нестабильным… магический фон за плоскостью сопряжения… миров мгновенно выжигал… любые экранировки электроники, включая… артефактные, и мгновенно убивал… магов любого уровня… развития, а использовать воду… в качестве катализатора развития… не получилось, так как она… не фонит.
Дайна поинтересовалась, пробовали ли открывать «окна» наши ученые, и получила аналогичный ответ:
— Да. Насколько я знаю… трижды. Первая струна… сформировалась так же, как наша… то есть, на девяносто двух процентах… обычной мощности и, видимо… в ту же точку океана… А в двух следующих… попытках ученые СНС теряли только… технику. Так как магов у них… больше нет.
— А как успехи у лягушатников? — спросил БИУС.
— Они сделали четыре попытки… Из двух лабораторных комплексов… Итоги те же: сначала чудовищный… удар водой. А потом — потери техники… и магов… Поэтому-то мы и согласились… на предложения Председателя Совета СНС…
— … и собрали группу из самых сильных магов двух государств, верно? — перебил его я.
Робинсон подтвердил. Ибо находился под «химией» и был не способен врать.
Я удовлетворенно замолчал, а Дайна, продолжая допрос, потребовала описать планы «союзников» на ближайшее будущее.
Гарри закашлялся, чуть не выхаркал оставшуюся часть легких и секунд на десять отъехал. Поэтому заговорил после процедуры реанимации и второго повторения требования: