Когда окружающие проморгались посол уже лежал на мостовой, а торговец возвращался к своему прилавку.
— Сука, ослепил — пробормотал Егор накладывая на себя малое исцеление. В этот раз Егору пришлось бить в слепую, опираясь только на память и чувство расстояния, но оба удара попали в голову великого посла, которого на время применения заклинания сильно смыкал веки глаз, но эта вспышка была слишком сильной и очнулся он, только после исцеляющей магии одного из сопровождающих.
— Первый раз меня вырубает от собственной магии — проговорил посол и с недоумением увидел торговца за прилавком. Парень не лежал горсткой пепла, а, не обращая внимания, продолжал обслуживать покупателей.
— Что это было? — спросил посол.
— Одно известно точно, что вы потеряли звезду, многоуважаемый посол — ответил сопровождающий.
— Как?
— А вот этого мы не видели. Вспышка слепит даже через закрытые глаза и вы это прекрасно знаете.
— Значит я проиграл?
— Четыре заклинания исцеления, Великий посол.
— Пойди узнай сколько он хочет за мою звезду и нагонишь меня и нужно купить этих перстней, пока есть возможность.
Ещё один зелёный появился у прилавка и купив два перстня вежливо поинтересовался, сколько хочет Егор за звезду господина посла.
— У господина посла уже нет звезды, а своими звёздами я не торгую — коротко ответил Егор.
Сразу впитывать знания золотой звезды он не рискнул. Мало ли вырубит, а очнёшься голышом у пустого прилавка, но последняя сшибка с магом золотой звезды показала, что они весьма опасные ребята и если соберут о нём больше информации, то имеют все шансы на победу. Ослепят и дубиной по голове, а дубина не пуля и интеллектом не наделена, а значит нужно работать основной мышцей мага-умом.
Мысленный штурм привел к пониманию того, что нужно использовать двойника.
Отлучившись «в туалет» Егор создал почтальона и потренировался уходить в невидимость меняя себя на двойника, а если учесть, что почтальон копирует некоторое количество матрицы поведения своего прототипа, то шансы выглядели весьма не плохо.
Как же вовремя он «сходил в туалет», потому что по возвращению застал ещё одного «Великого осла».
— Юноша, это ваш товар?
— Мой.
— Мне нужны такие перстни.
— Замечательно. Сегодня их покупают очень активно. Всего шесть сот монет золотом и он ваш.
— Юноша, не делайте вид, что вы не поняли, что я говорю о праве сильного.
— Вы решили, господин маг, рискнуть своей звездой и кошельком ради перстня?
— Не забывайтесь, молодой человек. Я посол королевства Шати и прошёл не одну войну, по этому, за вашу дерзость и наказать вас придется соответственно. Сколько у вас этого товара?
— Это случайно не принцесса Картрана? — Егор посмотрел за спину посла.
Посол и все сопровождающие его лица развернулись и осмотрели проходящих мимо женщин.
— Нет это не она ответил посол.
— Парни примите товар под охрану пока мы, с господином послом отстаиваем право сильного. Проговорил Егор не отходившим охранникам уже из невидимости и почтальон отправился в центр площади.
Посол осмотрел лужу блевотины посередине площади и смыл её напором воды. В общем-то правильно сделал, потому что обрушив на почтальона водяную плеть получил кулаком не только сзади по голове, но и от почтальона и мирно завалился на мостовую. Но тут в дела ввязались сразу два мага из сопровождения, которые решили просто зарубить наглеца и для окружающих стало загадкой, как оба почти одновременно присоединились к своему шефу. Воссоединившись с почтальоном Егор собрал законные трофеи и решил сматываться, поскольку окучить двух послов это уже дело политическое, по этому не обращая внимания на просьбы покупателей сложил товар и запряг коня отправился прочь из города.
— Ворон, отнеси вот эту звезду Валерии-Валькирии — протянул он серебряную звезду своему почтальону. Ворон захватил в клюв посылку и взмахнув крыльями растаял в воздухе, а Егор отправился к коту в Гарсмунд.
— Торгуешь? — спросил он кота.
— А то ты не видишь — сыронизировал кот.
— Скажи Маяр, что ты знаешь о остроухих красавицах-спросил Егор.
— Эльфы. Товар дорогой и в наших местах не бывает. Нет тут таких денег, чтоб их тут кто купил. А так их народ живёт в лесу в двух неделях пути к югу.
— Понятно.
— А ты что, решил их отлавливать? Брось ты это дело. Там армии нужны, поскольку остроухие за своих женщин сражаются с отъявленной яростью.