— Что это сейчас было? — спросил командир абордажников.
— Генор, мне нужны были люди, которые потом оформят на себе покупку автоматической верфи.
— Это ладно. Почему ты отпустил этих за откуп?
— Во первых пока они через сеть заходили на свои счета я считал все их данные и мы свободно снимем с них все средства, а во вторых на той планете куда они пошли вероятность остаться в живых у них отсутствует. Вот, кстати информация по их счетам, с которых они делали платежи — Егор показал Генору сохранённую страницу. — Можешь снимать деньги и шестьдесят процентов ваши, а сорок мои.
Данные с анонимных счетов Егор передавать не стал, поскольку слишком жирно было отдавать не за что ещё и эти деньги.
— Всех, кроме получивших по году ареста можно выпускать и привлекать к работам.
— Хорошо.
Сомнений у командира абордажников не возникло, поскольку за последние сутки авторитет гостя взлетел на максимальную высоту.
Взяв девушку-техника с ремонтным дроидом, он отправился искать тайники и в корветах и в фрегатах, и к вечеру выгрузил всё найденное в рубке корабля.
— Генор, это тоже делим сорок на шестьдесят.
— Откуда так много?
— Нычки в каютах и тайники в кораблях. Но на чипах суммы не превышают пять тысяч.
— Понятно. Нычка на чёрный день. У нас тоже такие есть. Крейсер обыскивал?
— Нет. Его на завтра оставил.
— Тебе твою долю кредитов сразу перевести?
— Давай. Много там?
— Четыреста восемнадцать тысяч с тех, что ушли на планету. Эти сам видишь, нужно проверять и обсчитывать — Генор протянул банковский чип.
— Хорошо, я тогда отдыхать. Увидимся завтра.
В каюте Егор засел за снятие денег с анонимных счетов. Условие выдвинутое им подразумевало снятие половины ВСЕХ денег, по этому не названные счета автоматически переходили в его собственность.
— Выгодно быть пиратом — проговорил Егор спустя три с половиной часа, которые провёл снимая деньги с анонимных счетов. Тридцать один миллион двести двенадцать с мелочью тысяч подарила ему «честность» пиратов. Десять процентов нужной суммы у него уже было в наличии и сейчас он сожалел, что большая часть абордажников погибла, а их счета для него недоступны.
Посмотрев на время он понял, что давно пора спать, ведь сон святое дело, а святые дела откладывать нельзя.
Четыре часа сна пролетели как одно мгновение. Позавтракав и приняв душ, он занялся поиском нычек и тайников на тяжёлом крейсере.
Тут тоже пришлось провозиться большую часть дня, но свежий улов был доставлен в рубку управления.
— Как дела, Генор? — спросил Егор командира абордажников.
— Нормально. Вот ты опять работы подкинул.
— Хлопотно?
— Деньги считать занятие увлекательное. Ты опять сразу свою долю заберёшь или дождёшься обработки этой партии?
— Дождусь. Пойду пока с здешними симуляторами познакомлюсь.
— Сходи. Выбор тут хороший, так что, думаю, тебе понравится.
Поднявшись на четвёртую палубу Егор прошёл в тренажёрный зал и запросил у искина список тренажёров и симуляторов, позволяющих заниматься людям с отсутствием нейросети. Их оказалось всего пара, это стрелковый и тактический для абордажников.
Полистав меню Егор понял, что тут собраны несколько режимов штурма всех типов судов, но осваивать эту профессию Егору было не интересно, по этому он предпочёл до следующего утра отправиться домой.
Соул вместе с пленными техниками занимался восстановлением фрегатов. Без новых запчастей он всё равно не справится, но из пяти фрегатов пару вполне успеет собрать к возвращению Лима. С габаритными запчастями удобнее работать в космосе, но тут габаритные элементы, в основном были целы, а возится приходилось с заменой перебитых силовых кабелей и дырявой обшивкой. Кое какие запасы были на самих кораблях, кое что приходилось таскать с тяжёлого крейсера, и адаптировать под повреждённые корабли, но в целом, за три четыре дня удавалось привести в приемлемый вид по одному кораблю. Сейчас речи о модернизации пока не шло, поскольку было неизвестно, какие корабли пополнят отряд Лима, а как будут проданы.
Запчастей наскребли на восстановление трёх фрегатов, остальные же дожидались возвращения командира с запчастями.
— Какие новости, Соул — спросил его Егор через две недели бодрого ожидания.
— Все как вчера и позавчера. Ничего нового — ответил инженер.