— Так пойдёмте в штабной машине прокатимся до хребта.
— Не возражаю.
Водитель бодренько гнал уазик в направлении хребта. Вяземцев думал о чем-то своем, а Егор любовался красотами.
— Скажите, Георгий Николаевич, а мы сможем вот этими аннигиляторными зарядами еще одну бухту сделать или в горном хребте пещер?
— Пещеру, запросто, а бухту, думаю, что чисто теоретически. А почему спрашиваете?
— Да не нравится мне это бута. Тут весь флот как в мышеловке.
— Согласен, мне тоже этот вход в гавань не нравится, он и полу мили не будет. А на пещеры у вас какие виды?
— Как какие? Готовые склады, которые легко охранять, казармы, скрытые огневые точки.
— Поставьте орудие на прямую наводку и сверлите скалы. А вы, Олег Ростиславович, аннигиляционные боеприпасы не испытывали?
— Не довелось. Мы ж Букингемский дворец захватывали, а там спец боеприпасы не использовали.
Уазик скрипнул тормозами и остановился возле пары армейских мазов.
— Вот сейчас и полюбуетесь — закончил мысль Егор.
— Ваше превосходительств, — к Вяземцеву подбежал поручик, — второй саперный взвод приступил к шлямбурению.
— И как успехи, господин поручик?
— Крепкая скала, придется повозиться.
— Отмените шлямбурение. Сейчас нам господин майор фокус покажет.
— Есть. Куницын, отставить шлямбурение — крикнул поручик крепкому унтер-офицеру и довольные солдаты опустили кувалды.
— Есть, отставить шлямбурение-донеслось в ответ.
Подойдя к первому, намеченному шлямбуром месту, Егор зарядил пистолет и прицелившись выстрелил.
— Ох, ё! — оценил результат генерал, а поручик сдвинул на затылок кепи и с непониманием «как так» уставился на аккуратное углубление в скале.
— На сколько глубоко бурим? — уточнил Егор.
— Тут метра два можно — уточнил поручик.
— Снаряд целиком не влезет — констатировал Вяземцев.
— А мы, ваше превосходительство, взрывчатое вещество вытопим, а оболочки на переплавку отправим-поспешил уточнить командир сапёрного взвода. Отстреляв обе обоймы Егор получил ряд из четырёх шпур.
— Все, господа, придется мне вас ненадолго покинуть.
— Хорошо, Георгий Николаевич, вы же не надолго?
— Минут на десять.
— Хорошо — сказал Вяземцев и Егор открыл портальное окно.
— Ваше превосходительство, разрешите вопрос?
— Спрашивайте, поручик.
— А это что за чудо патроны?
— Новые спец-боеприпасы для штурма дотов и других укреплений.
— Нам бы тоже лишними не были.
— Это понятно. Распоряжусь, чтоб подвезли как только постоянные ворота установим.
По плану в скалу надо было углубиться на сорок метров и в боковых стенах будут оборудоваться доты для охраны ворот с пулемётами и противотанковыми орудиями.
— Братик, а ты куда пропал — Марина насела на Егора как только он появился в доме.
— Сестренка, я не надолго, сейчас возьму спец-патроны, поцелую Лизу и обратно на Гавайи.
— Егор, Егор, погоди, можно я с тобой? Мне тут скучно и на Гавайях я не была. Ну, пожалуйста? — Маринка сделала умоляющее лицо.
— У тебя пять минут на сборы, и там ты будешь меня слушаться.
— Ура! — сестренка поцеловала Егора в щёку. И побежала собирать сумку.
Вытащив из сейфа спец патроны, он изготовил амулет, для их изготовления и отправился в спальню, чтоб поцеловать супругу.
Лиза сидела в кресле и вязала ажурную салфетку.
— Привет, любимая.
— Егорушка, ты на долго?
— Нет, Лизонька, сейчас уже назад.
— Я скучаю…
— Я тоже, но думаю, что дня через три уже смогу вернуться домой.
— Мы будем тебя ждать.
— Все, дорогая, я побежал — он поцеловал жену и вышел в коридор. — Марина Николаевна… — крикнул он сестру.
— Уже бегу — раздалось из комнаты и сестренка появилась в сногсшибательном итальянском платье, шляпке, лёгких кроссовках и с небольшими рюкзачком.
— Меня генерал убьет… — обреченно проговорил Егор.
— Ты национальное достояние и ничего он тебе не сделает — уверенным голосом проговорил Марина.
— Ладно, пойдём. Надеюсь, что ты там хвостом перед всеми вертеть не будешь.
— Только стрелять глазками — невинно улыбнулась сестренка.
— А не рано?
— Мне семнадцать уже через месяц. Забыл?
— Ну, что вы, Марина Николаевна, я бы не посмел… Все идем.
— Георгий Николаевич, вас отпускали за патронами, а вы прихватили оружие массового поражения — шёпотом проговорил Вяземцев.
— Господа, дозвольте представить вам мою сестренку Марину Николаевну.