Ответ на загадку был рядом — слишком рядом, чтобы быть просто игрой воображения. Она смотрела на последнюю строку:
"Что я?"
Мирея сжала кулак и вздохнула, её пальцы с трудом успевали следить за словами на бумаге. Где я не был — я существую. Где я есть — я исчезаю. Эти строки словно отзеркалили её собственное состояние: часто она чувствовала, что существует в своем деле, но одновременно была незаметна, как тень. И в этой работе, на стыке старых и новых технологий, она была не только наблюдателем, но и частью чего-то гораздо большего, чем сама могла себе представить.
Она нахмурилась, провела рукой по лицу и ещё раз посмотрела на текст. Печать Стража Вселенной отозвалась в её душе чем-то тревожным, призрачным. Словно мир вокруг неё был игрой, где она не просто фигура, а ключевая часть, а её задачи — ответы на вопросы, что давно застыли в космическом мраке.
Мирея вдохнула глубоко, её рука скользнула по клавишам, когда она продолжала анализировать данные. Но что-то внутри неё изменилось, когда она поняла — теперь у неё было больше вопросов, чем ответов. Загадка, которую она должна разгадать, могла открыть не только ответы на все вопросы о зондировании и старых проектах, но и на то, что на самом деле происходит в этой Вселенной. И этот момент казался лишь началом долгого пути. Она решила выйти и подышать…
Мирея медленно шла по коридору космического центра, и её мысли никак не могли собраться в единую картину. Она не могла избавиться от чувства тревоги, которое тянуло её в этот момент — и не от загадки Стража, а от предчувствия, что что-то не так, как должно быть.
Она направлялась в технический отдел, где работали программисты, способные обработать сигнал с зонда и выяснить, не является ли это всё просто глюком старого оборудования. Однако её сердце тревожно сжалось, когда она вспомнила о нём — о Габриеле, парне, который последние несколько месяцев без усталости пытался завоевать её внимание. Его манеры были настойчивыми, а взгляды — слишком часто полными скрытого смысла. Он был программистом, как и все здесь, но в отличие от коллег, которые редко выходили за рамки работы, Габриель был амбициозен, харизматичен и, похоже, готов сделать всё, чтобы привлечь её внимание.
Габриель… имя, которое как-то сразу перекликалось с её собственным. В его присутствии Мирея всегда чувствовала себя немного неловко, но никогда не могла точно понять, что именно её беспокоит. Её мысли об этом пареньке всегда были обрывочными, как отдельные фрагменты какой-то неоконченной картины. Когда он подходил к ней, его взгляды были интенсивными, и она не раз замечала, как его глаза бегло пробегали по её лицу, словно пытаясь прочитать её, вырвать что-то скрытое.
Когда Мирея вошла в технический отдел, её взгляд сразу упал на него — Габриель стоял у компьютера, что-то набирая на клавиатуре с характерной сосредоточенностью, но тут же заметил её. Его лицо чуть осветилось, и она почувствовала, как он перевел взгляд на её шею, чуть задержав его там. Это уже было привычно, но сегодня её раздражало.
— Привет, Мирея, — его голос звучал чуть более настойчиво, чем обычно. — Всё в порядке? Ты выглядишь немного… расстроенной.
Мирея вздохнула и, не отвечая, направилась к его столу.
— Ты не знаешь, что за сбой у нас случился? — она подошла ближе, пытаясь сосредоточиться на тексте. — Видишь, тут какой-то странный сигнал. Вряд ли это просто ошибка.
Габриель подошел к ней, его шаги были тихими, почти невесомыми. Она ощутила его близость, когда он наклонился над её плечом, и их головы почти соприкоснулись.
— Это что-то новенькое, — сказал он, не отрывая взгляда от текста, но его пальцы чуть коснулись её руки. — Ты думаешь, кто-то из наших мог бы сделать это?
Мирея слегка отодвинула руку, чувствуя, как внутри неё пробуждается небольшая волна недовольства.
— Ты ведь не решил так подшутить надо мной, да? — сказала она, скользнув взглядом на его лицо. — Или твои ребята решили пустить какой-то розыгрыш?
Габриель не отреагировал сразу. Он приподнял бровь, его улыбка была немного ироничной, но не без участия. Он всегда был мастером в скрытых играх и флирте, и Мирея не могла не заметить, как его глаза сейчас искали её реакции, словно он уже знал её ответ, но хотел, чтобы она его сама озвучила.
— Ты меня знаешь, — наконец сказал он, — я предпочитаю более прямолинейные подходы. Но, возможно, это и не розыгрыш. Ты ведь сама понимаешь, что такие сигналы — это не просто сбой.
Мирея задумалась, наблюдая за его лицом, стараясь понять, что за мысль скрывается за этим холодным взглядом. Но её интуиция подсказывала, что Габриель не мог быть связан с этим странным посланием, даже если его манера общения и взгляд казались немного смущающими. Он был слишком умён, чтобы совершить ошибку такого масштаба.