— Я… ошибся? — его голос дрогнул, как если бы он задался вопросом о том, что уже невозможно было понять. Он оглядел её с ног до головы, его взгляд явно искал ответы, как бы разгадывая загадку её одежды. — Вы не в... не в корсете? И не в платье с пышной юбкой... Это... это и есть современная мода?
Он сделал шаг в её сторону, как будто намереваясь рассмотреть её с ещё большим вниманием. Его костюм 19 века, вишнёвые атласные шнуровки, строгие манжеты и высокий воротник на фоне её джинсов и простой футболки казались почти карикатурой, но для него всё это было абсолютно нормальным.
— Как странно. — Страж нахмурился, снова скользнув взглядом по её одежде. — В своём времени я видел женщин в… совсем другом виде. В таких платьях… Но это как-то… странно. Я ожидал чего-то более… утончённого.
Он немного наклонился, изучая её лицо, пытаясь поймать взгляд, как будто надеялся, что она поможет ему ответить на этот вопрос.
Мирея, которая уже начинала привыкать к этому странному месту и к его присутствию, сдержала усмешку. Она почувствовала себя несколько неловко, но на её лице играла лёгкая улыбка.
— Ну, на самом деле, да, я не так сильно похожа на дам из 19 века. Это называется джинсы. В вашем времени, возможно, уже они были, но как рабочая форма. В наши же времена это довольно распространённая одежда. — она попыталась объяснить, хотя сама не была уверена, как всё это воспримет.
Страж задумался, его лицо снова стало сосредоточенным, будто он пытался проникнуть в суть её слов, как в загадку.
— Джинсы... — повторил он это слово, как если бы оно звучало в его ушах как магическое заклинание. — Значит, время всё-таки изменилось. И как же мне с этим быть?
Тут он внезапно сдержал свой вздох и склонил голову в задумчивости, пытаясь сосредоточиться на чём-то другом.
— Если вы не против, я бы хотел узнать больше... О вашем времени. Вашем... времени и мире. — Страж сделал паузу, как если бы он впервые понимал, что ему нужно изменить восприятие всего, что он когда-то знал. — Мир, в котором я жил, не должен был измениться, но теперь я понимаю, что он… другой. И так быстро.
Мирея, всё ещё ошеломлённая происходящим, наконец, спросила, не выдержав:
— Где я? Где мы находимся?
Страж, казалось, несколько мгновений наблюдал её, вглядываясь в её лицо, как если бы в его глазах снова возникали вопросы, которые он сам не мог объяснить. Потом, с глубоким вздохом, он ответил, в его голосе проскользнуло странное спокойствие, как у человека, который знает ответы на вопросы, но всё равно чувствует нужду в уточнении.
— Вы находитесь на краю вселенной, где простирается её последняя грань, место, где сама материя начинает забывать о своём существовании, а пространство играет с течением времени.
Он приподнял голову и оглядел обширную пустоту вокруг, словно пытаясь снова осознать, что она есть, что она реальна.
— Это место, где разные реальности скрыты друг от друга, где их обитатели никогда не встречаются, и их шаги не пересекаются. Я был призван сюда много лет назад, в 19 веке, когда звезды ещё были ближе, а технологии – на грани мистики. Мне была дана миссия охранять этот край, и я должен был путешествовать сюда с противоположного конца Вселенной, защищая её от тех, кто стремится нарушить баланс. Еще, за тем лучом света и тьмы, пульсирующем на самом краю, другая Вселенная. Этот как врата в другую реальность. Каждый страж патрулирует от края до края своей Вселенной. Никто не пересекает эти врата.
Его слова звучали как откровение, но они также были полны тайны и тяжёлого осознания многовекового одиночества. Он поднял руку, показывая пустоту, которая окружала их, а его взгляд стал ещё более серьёзным.
— Я — один из многих, Страж, которого отправили на патрулирование. Миллионы лет я двигался в этом направлении из прошлого, куда меня отправили, оберегая разумных существ со всех уголков вселенной, защищая их от нападений других рас, предотвращая войны, которые могли бы уничтожить цивилизации. Я не позволял одному виду вступать в конфликт с другим, и поэтому, возможно, вы никогда не видели инопланетян. Мы — невидимы. Мы скрываем всё. Ибо наша цель — сохранять равновесие, не вмешиваясь в жизнь тех, кто живёт по законам мирных рас. Я видел рождение Вселенной, ту яркую вспышку Большого Взрыва и шел вслед за расширяющейся Вселенной сюда, делая свою работу.