Фосс согласно кивнул. Торжественное беспокойство, сменившее радость на его лице, исказило мое сердце.
Алеки бросил заколку матери на землю и теперь выуживал другую из ее разваливающейся короны кос, не обращая внимания на потрясения своей жизни. Марчелло задумчиво наблюдал за ним. “Ты хоть представляешь, на какую магию он способен?”
Венаша и Фосс переглянулись, и Фосс покачал головой.
- Нет, - ответила Венаша.
“Значит, не вивомант и не колдун, - заключил я, - поскольку они используют свои силы инстинктивно и начинают появляться вместе с магической меткой.”
Заира поморщилась, и я тут же почувствовал себя бесчувственной болванкой. Ее собственная обнаружилась, когда она сожгла своих родителей заживо.
Марчелло кивнул. - Поскольку он либо алхимик, либо ремесленник, это означает, что нет никакой спешки, чтобы одеть Джесс на него. Он физически не сможет использовать свои силы, пока не станет старше. Хотя я был бы осторожен, если бы он смешивал вещи вместе или делал каракули, просто на всякий случай.”
В глазах Венаши вспыхнула тревога.
- Ох, - вздохнула Фосс. - Для него это новый способ сеять хаос. А я думала, что лазить по деревьям-это плохо.”
- Подумайте несколько дней о том, что вы хотите сделать, - сказал им Марчелло. - Немедленно дайте нам знать, если что — то заставит вас почувствовать себя в опасности-люди, проявляющие к нему необычный интерес, или силы, начинающие проявляться. И не бойтесь прийти в гарнизон за помощью в любой час.”
- Или мне, - вставила я.
Фосс поймала мой взгляд. - Амалия, ты была на Конюшне. Просто скажи мне ... скажи мне, правда. Будет ли он счастлив там?”
Я чувствовал на себе все их внимание. Венаша и Фосс, полные надежды и страха, с непролитыми слезами на глазах. Заира заставила меня солгать. И Марчелло, побуждая меня каждой черточкой своего лица восхвалять место, которое было для него домом и семьей.
“Большинство Соколов, которых я встречал, кажется, счастливы, - медленно произнесла я. “Это безопасное место. Удобное место. Сокольничие-хорошие люди.”
Заира тихонько фыркнула, но, слава милостям, держала рот на замке.
Венаша неопределенно улыбнулась. “И я полагаю, что если мы действительно переедем на Конюшню, то будем видеться с тобой чаще, Амалия.”
Для Заиры это было уже слишком. - Немного, - ответила она с яркой фальшивой улыбкой. "Время от времени."
Я кивнула и обняла Венашу и Алеки одной большой извивающейся рукой. Но комок в горле был не от радости.
Даже веря всему, что я говорила о Конюшне, я не могла притворяться, что это хорошая новость. Кем бы ни был Алеки, каким бы ни было будущее, открывшееся перед ним Венаше и Фоссом, какие бы тысячи дорог ни лежали перед ним ... теперь перед ним была только одна.
Может, это и неплохая дорога. Но он был слишком мал, чтобы знать, что стоит на ней, не говоря уже о том, чтобы выбирать свой путь.
Я чувствовала ярость, исходящую от Заиры, как жар, когда мы втроем вышли из сада.
“Я бы сказала, что не могу тебе поверить, но я могу.- Она смотрела на меня и Марчелло, как в аду. “Ты действительно собираешься забрать этого ребенка из его дома, посадить на него Джесс и вырастить его как солдата.”
Марчелло остановился перед садовыми воротами и повернулся к ней. “Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я не могу изменить Безмятежные Соглашения. Все, что я могу сделать, это сделать Конюшни лучшим местом для отмеченных магами.”
- Легко сказать, что ты не можешь изменить мир.- Заира погрозила ему пальцем. - Но люди действительно меняют его. Я не очень хорошо разбираюсь в истории, но это я знаю. Не говори, что это невозможно, если на самом деле ты слишком ленив, чтобы попытаться.”
Воспоминание о отметке мага, смело кружащем вокруг милых, доверчивых глаз Алеки, резануло мне сердце. Я сжала руки в кулаки.
“Может быть, ты и не можешь изменить закон, - сказала я Марчелло, - но я могу.- Я повернулась к Заире. “На это уйдут годы. Может быть, вся жизнь. И нам нужно найти решение, которое по-прежнему будет защищать как отмеченных магами, так и окружающих их людей. Но я постараюсь.”
Заира фыркнула. - Раверра никогда не откажется от своей власти над отмеченным магом. Мы-источник могущества империи.”
- Мы можем найти компромисс. Ты же сама только что сказала ... - я замолчала.
За садовыми воротами, на площади шести фонтанов, в своем грандиозном кирпичном великолепии вырисовывался Речной Дворец. Площадь кишела людьми, входившими и выходившими из сердца правительства Арденса: люди прибывали и уезжали пешком, верхом и в карете; придворные и слуги вели беседы на открытой площади или сидели на краю фонтана с книгой или закуской. Но одна фигура в ливрее двора Безмятежного Посланника бегом пересекла площадь и направилась прямо к нам, отчаянно размахивая руками.