Выбрать главу

— I need help! Please! Which is here! Understand? Ведьма, понимаешь? Сатана! Мне срочно нужно переехать! — тараторит очень испуганно и обреченно, я останавливаюсь неподалеку скрестив руки на груди, — Али, Махмут, Ахмет, Мустафа! Пересели меня срочно!

Тот только растеряно улыбается и качает головой.

— Почему же ты не понимаешь русский язык? — стонет Мейхер, — К вам же кроме нас больше никто не ездит! My ex-wife came here! Хюррем Султан приехала! Мне надо спрятаться!

— Тебе сейчас санитаров вызовут… — цокаю недовольно. Услышав мой голос Антон буквально подпрыгивает.

Я медленно подхожу ближе, рассматриваю его, не скрывая разочарования. Как я могла потратить на него столько лет…

— Антон… — я прохожусь взглядом по его красным щекам и бегающим зрачкам, — Ну кому ты нужен? Живи спокойно, я к тебе не подойду. Можешь делать абсолютно всё, что захочешь — никаких проблем. Ты приехал на отдых, я — тоже, давай не будем обращать внимания друг на друга.

— Ага, так и сделаем, — он иронично кивает головой.

— Почему нет? — морщусь я, — Я благословляю тебя на курортный роман и другие приключения. Можешь прямо сегодня пойти в клуб и кого-нибудь себе снять.

— Да ты меня сразу задушишь! Однажды ты воткнула в меня штопор! — он приподнимает ногу, демонстрируя кривой шрам выше колена.

— Не драматизируй! У меня просто сорвалась рука!

— Откуда у тебя вообще взялись деньги на отпуск? — произносит возмущенно, будто отдыхать имеет право только он.

— Оплатил любовник, — я закатываю глаза.

— До какого ты здесь?

— Это тебя не касается!

Вижу как на нас подозрительно косятся вошедшие в гостиничный холл две молодые девушки. Кстати, очень даже классные, блондинки — как любит Антон.

Я делаю шаг в их сторону и окликаю их.

— Девчонки, привет! — говорю с теплой улыбкой, — Вы здесь вдвоем? Без парней?

— М-м-м, да, — отвечает одна из них немного растеряно.

— Собираетесь вечером пойти куда-нибудь тусоваться?

— Да, планировали пойти в клуб, — говорит, все ещё подозрительно на меня скосившись.

— Прихватите с собой моего брата, — я умоляюще свожу брови, — Я не люблю тусоваться, а он очень весёлый, но стеснительный. Угостит вас чем-нибудь… И вам будет безопаснее, а то придется отбиваться от турков.

Они бросают взгляды мне за спину, туда, где стоит Антон, а потом переглядываются между собой.

— Да он нормальный, — мягко продолжаю я, — Тридцать лет. Не женат. Детей нет. Зато есть квартира в Москве и небольшой магазин автозапчастей.

— Ну… — мямлит та, что посмелее.

— Да, не волнуйтесь вы, мы же тоже отсюда, — я протягиваю запястье с красным браслетом, — Я живу в четыреста четвертом, Антон… тоже где-то здесь живет.

— В принципе, можно, — говорит вторая.

— Тогда дальше сами договоритесь, — ещё раз улыбаюсь я, и иду к лестнице так на него и не посмотрев.

Приблизительно предполагаю, как дальше будут развиваться события. Мейхер выпьет для храбрости анисовой водки под вечернюю шоу программу на открытом воздухе, и придет в мой четыреста четвертый номер. И зачем я это ляпнула?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не смотря на работающий кондиционер, в номере всё равно немного душно. На кровати рассыпано содержимое моего чемодана: платья, сарафаны и гвоздь программы — очень короткий и немного прозрачный белый комбинезон, который я купила позавчера, под действием непреодолимой силы шопоголизма. Вот его и наденем. Пусть Антон знает кого потерял! Собираюсь без спешки и с наслаждением. Хайлайтер и длинные стрелки делают меня немного опасной. Все ещё не могу привыкнуть к рыжим волосам, но делаю простейшую укладку муссом, отжимая легкие, пляжные локоны.

У бара на террасе уже людно, играет живая музыка: что-то средиземноморское и ленивое, идеально подходящее под вечер, море и легкое опьянение. Заказываю себе коктейль с маракуйей и ромом, сижу, слушаю саксофон и смотрю, как солнце догорает над морем. Люди расслаблены, официанты ловко лавируют между столами с подносами. Ветер приносит запах жареной рыбы и кокосового масла. А вот Антона — нет.

Я специально выбираю столик так, чтобы видеть почти всю площадку: танцпол, бар, сцену, бассейн. На вторые сутки мои глаза уже начали узнавать соседей, многие из них — здесь. Но нет ни Мейхера, ни белокурых подружек. Если он пошел с ними, я не буду закатывать концерт, я же не сумасшедшая, но точно буду знать, что между нами действительно всё закончено. Может быть, я даже хочу, чтобы было так.