Мы не поехали в клуб, мы сидим в баре. Здесь потише. Я не настроен на танцы, тяжелая папка, которой меня отхлестали, навсегда вбила клин между мной и хореографией. Сатана так и не пришла, хотя я ждал её до одиннадцати часов, а потом решил, что я всё-таки на отдыхе, а вместо того, чтобы расслабляться — опять напрягаюсь. Оно мне надо? Хотя расслабиться так и не выходит. Предвкушаю, что и за сегодняшний вечер я тоже выхвачу, не смотря на то, что Сатана его практически организовала. Хочет меня поскорее пристроить — давай! Будем считать, что я уже пристроенный! Пусть думает так и как следует попсихует. Что-то подсказывает мне, что мы опять подеремся. И мне достанется ещё и за это. Что ж, в Турции мы ещё не дрались. В момент потасовок в Геллу вселяется настоящий бес, она лупит меня как хочет, но не дай бог схватить её немного крепче допустимо уровня или отвесить ей успокоительный чапалах — новая драма. При этом её не устраивает, если я просто стою и смиренно жду, пока она проорется и отлупит меня, Гелла хочет именно потасовки. Такой человек. Постоянно нужна кровь, нужно мясо.
— А я говорил вам, что я жертва насилия и абьюза? — говорю грустно, а потом отпиваю новый глоток из бутылки пива.
— Нет, — жалобно ахает Кристина, а Ленка ехидно цокает и качает опущенной головой.
Потерпите, девки, мне просто надо выговориться. Кому, если не людям, которых я вижу в первый и последний раз? На самом деле, я шучу. Ну разве я не мог угомонить Геллу? Конечно, мог. Просто мне тоже всё нравилось. А сегодня такое настроение — хочется немного сочувствия. Потому что у меня конкретная паника, и я очень боюсь, что мы с Сатаной совершенно случайно помиримся после драки. Я не хочу с ней мириться! Я не буду с ней мириться! Теперь я одинокий волк, опасный хищник. Который жалуется двум девочкам на свою бывшую.
Пока эти бедолаги не выслушали истории связанные со всеми восьми разводами, мы не вернулись в отель. Не смотря на то, что бар закрыли — мы сидели на пляже. Под утро Кристина, явно проникшаяся ко мне состраданием, пожелала мне найти хорошую, спокойную девушку. Злыдня Ленка сказала, что не сомневается, что мы ещё сойдемся, потому что природа сохраняет баланс, и таким идиотам надо держаться вместе, чтобы не отравлять жизнь другим нормальным людям. Я тоже выслушал истории о их гадских бывших, внутри себя офигевая от того, какие же у них смешные проблемы. Потом мы бросили камни в воду, загадав желание, и побрели в отель. Я загадал спокойствия и умиротворения.
И очень удивился, когда моё желание сбылось практически моментально. Надо было загадывать что-то другое. По поводу моего похода в неизвестном направлении с неизвестными юными блондинками не было не то что драки, не было даже скандала. Я не видел Геллу за обедом, но она встретилась мне за ужином — сдержано кивнула мне головой с другой стороны зала и вернулась к своей еде. Сердце бахнуло довольно громко. Раньше бы она сначала убила меня глазами, а потом помогла бы миссии осуществиться любыми попадающимися под руку предметами. Теперь — начихать. Она тоже меня больше не любит. Ладно, я — её, она все-таки демон, но меня-то почему?
Наверное, у всего есть свой срок и наша история действительно пришла к своему логическому завершению.
Отпуск прошел удивительно мирно и скучно. Несколько дней я вообще не видел Геллу, даже подумал, что она уехала, но русскоговорящий Махмуд на ресепшене сказал, что мисс Мейхер всё ещё проживает в отеле. Мисс Мейхер она только по загранпаспорту, и то ненадолго. Впервые после развода Гелла решила вернуть свою фамилию, все предыдущие разы — так и ходила с моей. Её фамилия смешная — Банько. Это была моя самая ходовая шутка, что родителям нужно было назвать её Ира или Инна, чтобы она была И.Банько, и не морочила людям голову.
Я встретил её всего два раза: в лобби и в каменной арке, при выходе с территории отеля. Спокойно поздоровались, прошли мимо. Надо же, как оказывается умеем. И летели мы одним рейсом, только в разных концах самолёта, хотел предложить подвезти её домой, но у Геллы возникла какая-то проблема с багажом. Я постоял в стороне со своим рюкзаком, посмотрел на то, как она ругается с сотрудником авиакомпании, и пошел дальше. У неё было семь дней, чтобы что-то исправить, но она не захотела. А я больше не буду её уговаривать. Не в этот раз.
Вот теперь по-настоящему: прощай, Ангелина.
Глава 6
Антон, пол года спустя, апрель
Просыпаюсь с улыбкой на губах, потягиваюсь, укладываюсь на другой бок, сминаю вторую подушку и поджимаю её под себя. Мне снилась Сатана. Сон был очень сексуальным и довольно детализированным, я буквально ощущал касания и запахи. Ладно, нет смысла больше тянуть, сегодня начинаю операцию «примирение через унижение».