- Ты тоже нормальная, - убедительно бросила мама, и протянула ей руку, но Лиза не стала, как это бывало обычно, её принимать.
- Нет, - она прикусила губу, вспоминая, как Игорь смотрел на неё в тот момент. Как на дуру! Которую проще отправить домой, чем пытаться понять.
- Ты просто... другая, - добавила мама. Она говорила так каждый раз. «Другая» могло означить что угодно. Талант, непохожесть, особенный внутренний мир. Но в Лизином случае это могло означить лишь одно — ты больная, тебе нужна помощь. И в дополнение к сказанной фразе, мама прибавила пару таблеток, которые тут же достала из круглой коробочки на столе.
Лиза смотрела на светлые шарики, думая, сколько содержится яда внутри. Хотя... Есть ли потребность беречь себя? Так пускай эта дрянь сократит её жизнь! Положив на язык, она запила и поморщилась. Мама плеснула ещё апельсина в её опустевший стакан.
- Моя ж ты умница, - похвалила она и погладила Лизину голову...
Праздник был в самом разгаре, когда парни ушли покурить, а вернулись уже вчетвером. Словно там, на пороге их центра, они подобрали ещё одного волонтёра. И футболка на нём была белой, с зелёным листом. Лиза метнула взгляд выше... и замерла с огурцом, который как раз собиралась отправить в нарезку.
Перед ней стоял Игорь. Во всей позабытой красе. Правда, причёсан иначе. Как будто собрался исполнить какой-нибудь номер на бис. Он лишь мельком посмотрел на неё, даже взглядом не стал выделять её среди прочих девчонок.
- В нашем полку прибыло! - Славик хлопнул его по спине.
- Теперь нас поровну, чуешь? - хмыкнул Серёга, слегка приобняв за плечо.
Девочки переглянулись, Галя прошлась по всем взглядом, считая в уме. Равенство полов представлялось ей образом жизни. Возможно, ещё потому, что мужской не особенно жаловал Галю вниманием. Светик с сомнением хмыкнула. Её кавалер был намного весомее всех вместе взятых парней их «зелёного» центра. Алёнка же первой приблизилась к Игорю и протянула ладонь.
- Алёна, - с улыбкой сказала она.
Игорь поднёс её руку к губам.
- Очень приятно, Игорь, - представился он.
- Видал, как надо! - одобрил Серёга. Он был выше их всех, даже Игоря выше.
Лиза взяла себя в руки. Огурец был нарезан особенно тщательно, и ровно уложен в тарелку.
- Это Галина Антоновна, - шутливо представил Серёга. Он всегда её так называл, за излишнюю скупость в проявлении чувств.
Лиза намеренно долго лепила «овощной натюрморт», пока очередь двигалась к ней.
- А это Лизок, - назвал он её. Лиза вздрогнула, затаила дыхание, и... повернулась.
Игорь стоял, чуть склонив на бок голову. Взгляд равнодушно скользнул по ней.
- Привет, - услышала Лиза.
- Привет, - отозвалась она.
Он насмехался над этим её увлечением, называл их «юннаты», и представлял, как они собирают гербарий в лесу. Он не звонил, не писал ей, ни разу с тех пор! Хотя Лиза давно удалила его из прокля́того списка. Ей было так больно, но в этот момент она ощутила какую-то злость. За общим столом он шутил, слушал байки из жизни зелёных. Алёнка взялась флиртовать, а Игорь её не отверг. Рассказал о себе, о своём магазине.
- Ой, супер! - пропела Алёна, - Обязательно загляну. А где это?
- Да рядом с «Большим книжным», знаешь? - начал он объяснять. И от этого упоминания о книжном стало ещё тяжелее держать под замком весь накопленный гнев. Лиза тут же представила, как он надевает футболку на тело Алёнки. А затем, как снимает её...
- Ты куда? - спросила Галина.
- Хочу подышать, - Лиза быстро накинула куртку и вышла, оставив шумящий состав волонтёров внутри.
Зимние праздники кончились, и лишь конфетти яркой россыпью красных сердечек искрилось на белом снегу. Артефакты веселья, которые так и останутся здесь до весны. Дверь позади неё скрипнула. Лиза не обернулась, но спиной ощутила его приближение. Он встал рядом с ней, закурил.
- Что ты здесь делаешь? - вырвалось непроизвольно.
Игорь хмыкнул:
- Решил, почему бы и нет?
Она сжала бортики куртки, ощущая, как молния больно впивается в кожу.
- Ты не один из нас, - ответила едко, будто речь шла о секте масонов, куда принимают не всех.
Он возразил:
- Ошибаешься! Я уже два месяца мяса не ем.
Лиза нахмурилась, от удивления губы её приоткрылись, и облачко пара покинуло рот:
- И что с того?
- Ничего, - он окружил себя дымом, но облако быстро развеялось, выставляя наружу глаза. Такие пронзительно яркие, что у Лизы кольнуло в боку, - Ты думаешь, что я неспособен?
Она равнодушно пожала плечами и вздёрнула нос. Пусть считает, как хочет!
- Мне всё равно.
Он хмыкнул:
- Ты считаешь себя какой-то особенной?
Его взгляд прожигал, не касаясь. Весь холод его интонаций она ощущала как острую боль. Но держалась, старалась не выдать себя.