Процесс взлома начался сразу же. Теперь мне предстояло не только отвлекать старика от происходящего своими вопросами, но и быстро найти и скопировать максимум полезных данных.
Яков Мир долго и подробно разжёвывал то, как выглядели довоенные города, как в них жилось, что он запомнил больше всего. Я слушала его в пол уха. Когда он поворачивался я загораживала собой экран, улыбалась и кивала, делая вид, что всё запоминаю. При этом я одной рукой переносила все файлы с его рабочего стола на мою нейроперчатку, которую готовилась другой рукой отключить, как только ситуация станет слишком опасной.
Затем, после долго рассказа о городах, начался длинный и ещё более унылый монолог про самую любимую тему у стариков. Про политику. Яков долго и подробно рассказывал про какую-то там страну, в которой он родился и был счастлив, которая потом распалась, потому что всем мешала. Как он потом пытался адаптироваться в новом мире, открыл свой бизнес и что-то такое.
Мне было совсем неинтересно, но он так увлёкся, что я практически без перерывов, быстро и спокойно скопировала все данные с его компьютера. После чего выключила терминал и припрятала дешифратор. Как раз в этот момент в комнату ворвался Андреас с огромным фингалом под глазом. За ним вошёл Ваня, беззаботно насвистывающий какую-то мелодию.
— Так, дед, гони взашей их всех! Сворачивай свои лекции! У нас теперь есть дела поважнее! А ты, — он обратился к моему отцу, — больше не отвлекайся от своего проекта и не приводи к нам чёрти кого!
— Но я ещё не успел спросить про устройство анализатора! — воспротивился папа.
— Напишешь нам на почту. Текстом. Всё! Прочь все!
Отец вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула, показывая, что у меня всё получилось. Мы оба встали, откланялись и стали выходить. Мне стало немного жалко Старика, он выглядел так расстроенно, что его лекцию прервали, даже не начав, но не сказал своему внуку ни слова. Пара минут, и мы с Ваней уже шли одни по коридору. Отец сказал, что ему и правда пора взяться "за работу".
Конечно же я поняла, что он уже заразился бунтом и отношение Андреаса это подпитывало, так что он очевидно собирался саботировать проект, как и хотел до этого.
Мой напарник был до ужаса расслаблен, а во мне бушевала буря, которую я выплеснула всего в одном чётком вопросе:
— Что там случилось?
— М? — он кажется слишком погрузился в свои мысли и не сразу понял мой вопрос, — Ты имеешь в виду, что случилось пока мы с Андреасом и Ланой были наедине?
— Да, именно об этом я и спрашиваю. Андреас вернулся с синяком.
— Это не я ему поставил. Хотя всё шло к тому, что он наделает во мне дырок. Там какая история произошла… В общем, я настойчиво вывел секретаршу из кабинета. Этот увалень рванул за нами. Психанул, стал у меня буквально вырывать из рук свою женщину. Это было… довольно странно. Не удивительно, что сама девушка быстро ретировалась. А наш конфликт перешёл в диалог на повышенных тонах. Этот парень так взбесился, что достал пистолет и направил на меня, обещая пристрелить за то, что я оскорбил его честь.
— Дай угадаю… Это для тебя была не новая ситуация? — тот факт, что история с Ланой не имела какого-то неприятного продолжения, расслабил меня и я снова вернула себе язвительность.
— Ха-ха-ха! Конечно, нет! Пушкой мне уже пару раз угрожали. Один раз по мне даже стреляли!
— Жаль, что не попали куда надо… — я покачала головой.
— И не мечтай, новое отверстие всё равно бы не было функциональным.
— Так что там произошло дальше? Как ты оказался цел, а Андреас с синяком?
— А, ну, мне на выручку пришёл этот вояка… Игнатий, кажется? Он вдруг появился из неоткуда и как саданул с размаху прямо в глаз фактическому главе станции! У того чуть череп не хрустнул. А потом давай его отчитывать за то, что он нарушает какой-то там план и не должен тратить их ограниченное время на меня. Прям как мальчишку отчитал и тот, как побитый пёс тут же пошёл вас прогонять, униженный и оскорблённый.
— Ого, при тебе упоминали злодейский план, а ты относишься к этому так наплевательски?
— Так ведь и так понятно, что в Директории одни ублюдки и они строят какие-то планы! Было бы чему удивляться! Кроме того, они почти ничего и не сказали. Так, только то что что-то планируют. А кто в наше время что-нибудь не планирует? Может только этот трёхсотлетний дед, но ему то уже просто в могилу пора, что там планировать?
— Но, может, ты что-то услышал или уловил полезного из их перепалки? Мало ли что-то, что сможет помочь нам в расследовании.
— Ну, кое-что уловил, это правда. Но они ничего не сказали ни про перчатку, ни про Антона, ни про данные. Только про то, что у них сбежал какой-то Эйри и они очень хотят его поймать, иначе всем им крышка. Кто такой этот "Эйри" и что у него за дурацкое имя, никто не объяснил толком.