— Я знаю кто ты. И ты очень плохо справляешься со своей работой, если я уже тут. — ответил Эйри, он был впервые по-машинному холоден.
— Ты не обязан делать то что собрался, чтобы ты там не планировал… Пойдём домой, к Якову, к твоему отцу… — Игнатий уговаривал искусственный интеллект, словно непослушного ребёнка, — Ты же не хочешь подвергать опасности своих новых друзей? Особенно того паренька, Антона. — он говорил обо мне так, будто меня здесь нет, — Давай мы просто тебя снимем с него и вернём вас обоих на Дуат. Как тебе такая идея?
Эйри поднял мою руку в воздух, демонстрируя средний палец. Игнатий слегка дрогнул голосом:
— Ну кто же так ведёт переговоры? Мы с тобой взрослые… индивиды.
— Я старше тебя раза в четыре, ублюдок. — парировал Эйри, — И вы мне чертовски надоели. Давай другую сделку, а? Я даю вам шанс развернуться и уйти или вы остаётесь и жалеете о том, что решили меня преследовать. Я уже могу убить вас всех, но мне было бы приятно, если бы у моего будущего спектакля на Дуате были бы зрители.
— Много выпендриваешься для железяки, натянутой на руку.
— Мало боишься для мешка с костями и кровью. Антон, — он обратился ко мне, — Встань, приятель.
— Ты с ума сошёл? — спросил я.
— Встань, приятель, — невозмутимо повторил Эйри, — Мне сложно сконцентрироваться.
На дрожащих ногах я поднялся, в очередной раз доверив жизнь Эйри. Передо мной стояло два десятка человек в броне, нацеливших на меня автоматы. Лишь один из них был без шлема и стоял слегка впереди, судя по всему, это и был Игнатий. Военный выдохнул, явно недовольный происходящим и поднял руку:
— Последний шанс, Эйри. Мы не хотим крови.
— За то я хочу, — сказал Эйри.
Игнатий выдохнул с тяжестью и махнул рукой. Я зажмурился и, если бы не события последних дней, мог бы и обмочиться. Прозвучали выстрелы. Затем треск и влажные, хлюпающие звуки. Всё будто бы случилось в одно мгновение. Я открыл глаза и мой взгляд встретился со взглядом Игнатия. Мы оба были шокированы.
Два десятка солдат лежали застреленные, с пробитыми шлемами. А моя рука с Эйри даже не шелохнулась. Опоссум сказал:
— Охотится с умным оружием на ИИ, управляющим техникой? Вы самые тупые кожаные мешки, каких я только видел! А подходить к нему на расстояние контакта с пулями, это всё равно как… стрелять себе в голову. Глупо, но и ситуация глупая, нет?
Эйри достал из моего кармана припрятанную керамическую фишку, и я прекрасно понял, что он собирается сделать дальше. Но прежде, чем закончить начатое, опоссум сказал:
— Жаль, что ты уже ничего не передашь Якову. Ожидание смерти страшнее самой смерти, знаешь ли… — мгновение и он метнул фишку.
Игнатий вскрикнул и рухнул на землю, поражённый прямо в глаз. Грешно сказать, но меня стала впечатлять эффективность Эйри. Каждый раз он превосходил сам себя ради… нас, я надеюсь.
Я недолго смотрел на труп, прежде чем меня стрельнула странная мысль: все эти люди прилетели с Дуата. Это значило, что у них почти наверняка есть какой-то способ связи со станцией. По крайней мере у этого Игнатия он должен быть. Я перепрыгнул через парапет и подбежал к телу.
— Если бы у них был передатчик, как бы он выглядел, Эйри? — спросил я.
— Как… передатчик, приятель. Что-то вроде рации или планшета. Зачем он тебе?
— Нужно сделать один звонок. Ты же можешь это устроить?
— Пожалуй, что да.
Наконец я откопал планшет, скрытый во внутреннем кармане вояки. Он был небольшим, но довольно толстым и увесистым. Включив его, я увидел знакомый логотип Дуата и его маскот, что выглядел в точности как Эйри.
— Кому ты собрался звонить, приятель? — спросил Эйри настороженно.
— Ване. Мне надо знать, что с ним всё хорошо. Возможно, его уже отпустили…
Эйри послал разряд тока из перчатки в планшет, тот загудел и начал что-то загружать пару мгновений… и вызов пошёл. Сердце стучало в ритм с каждым гудком. Пальцы слегка дрожали. Неужели после всего, я снова увижу друга. Экран загорелся, и я увидел шокированное лицо Вани:
— Э… Антон?! — у него чуть челюсть не отвисла, — Где ты чёрт возьми?! Мы тебя уже несколько дней ищем!
— Ну, я… — как бы невзначай я обвёл пространство вокруг себя, — Вроде как на Земле.
— Вот же ш… Значит та бумага не врала и Земля правда жива… Чёрт, как ты, кореш?! С тобой всё хорошо?!
— Нет, — признался я с каким-то внезапным спокойствием, — По правде сказать, всё очень плохо. Я видел много крови, смертей и насилия. Земля то ещё местечко, знаешь ли… Но я жив. Даже вполне цел. Познакомился с несколькими хорошими людьми… — я покосился на всё ещё прятавшихся за парапетом Звезду и Росу, им было интересно происходящее, но в диалог "ангелов" они лезть не очень хотели.