Когда мы наконец-то приземлились, Чинук крепко встал на посадочные опоры, и я смог заглушить бортовые системы, мы вывели наших круншагов. Кенира упрятала омниптёр в кольцо, и мы направились в сторону норы лоргарха. Или гнезда, или логова, или берлоги — не имею ни малейшего понятия, как именно называется место, где обитают эти твари. Расстояние до твари составляло не менее двенадцати миль, так что компас не работал, но я точно знал, куда следует идти.
Сидя верхом на огромном ящере, я вспоминал наш с Кенирой путь сквозь леса Королевства и Княжества, когда после гибели Рахара нам пришлось идти пешком. Мне стало сразу понятно, почему там, в Увядшей Долине, бандиты избрали именно этих верховых зверей. Мощные лапы круншагов ступали по камням, земле и корням, тупые изогнутые когти цеплялись за малейшие неровности или вонзались в трещины в камнях. Широкие грудные клетки раздвигали кусты и подлесок, а всё, о чём следовало беспокоиться — это прилетающие в лицо ветки. Мы передвигались чрезвычайно быстро: пусть кто-то и сравнил бы это лишь с размеренным бегом марафонца, но с учётом неровной местности даже десять-двенадцать земных километров в земной час являлось сумасшедшей скоростью болида Формулы-1.
— Я даже не буду тебе говорить, что я говорил! — выкрикнул Дреймуш, когда мы выбрались на относительно ровный участок и смогли передвигаться круп-о-круп.
— Сейчас ты именно это и делаешь! — прокричал Хартан, догоняя нас сзади.
— Потому что вы были упрямым дурачьём! — присоединился к разговору Ксандаш.
— Не таким уж и упрямым, — возразил я. — Зверей купил именно я! И на этот раз Жореф продал не перезабитых доходяг, а здоровых и сильных тварей.
— Ещё бы, попробовал он бы ещё раз сжульничать, — рассмеялась Кенира. — Я бы ему…
Её слова поглотил порыв ветра, так что я коротко обернулся и переспросил:
— Что ты сказала?
— Говорю, оборвала бы ему ноги и руки! — закричала Кенира громче. — Мама, как тебе?
— Страшновато! — выкрикнула Мирена. — Но захватывает! Будоражит кровь!
— Твой Жореф уже знал, что Санд и Дреймуш — из диверсантов, так что забздел! — заявил Хартан.
— Только самоубийца стал бы обманывать человека, — возразила Кенира, — к которому на свадьбу приехал Милые Глазки или Верховный Каноник храма Керуват.
— Ты должен был с него слупить скидку побольше! — сказал Хартан. — Или дать торговаться мне. Ты, папа, в этом деле совсем слабак!
— Могу себе позволить, — улыбнулся я.
— Не отвлекаться! — рявкнул Дреймуш. — Перестроились в формацию жааз! Каждый держит в поле зрения двух соседей! Рассредоточиться, держать дистанцию!
Несмотря на то, что пока что опасностей не предвиделось, я не мог не признать его правоту. Чего-чего, а расслабляться точно не стоило. К тому же пришло время дрессировать учеников и мне.
— От веток не уклоняемся, — приказал я. — Всем сплести структуру кинетического клина!
В качестве иллюстрации я потянулся к элир в своём накопителе и создал статические чары, избрав точкой привязки макушку моего круншага.
— Но на ходу это трудно! — возразил Хартан. — И чтобы удержать…
— Значит, сбавляем ход, но не останавливаемся. Удерживать не надо, создавай автономную структуру, она не будет отвлекать. По мере истощения обновляй. Мирена!
— Да, Ули! — отозвалась тёща.
— Я знаю, что ты можешь лучше. Ты вкладываешь слишком много элир. Больше — не всегда лучше.
— Хорошо, я постараюсь.
Наши круншаги, понукаемые Поводками, вломились в густое переплетение вьющегося куста, похожего на ежевику. Не знаю, кто удивился больше, звери или всадники, когда видимые только в магическом зрении переплетения энергии частично раздвинули, а частично проломили заросли.
— Кенира, очень хорошо! — резюмировал я. — Дреймуш, поднови структуру. Тана, у тебя клин сдвинулся влево. Мирена, молодец, но можно ещё чуть меньше элир. Санд, что вокруг?
— На ходу проверять очень трудно, особенно когда использую магию, — признался Ксандаш.