— Найдём, — согласился я. — Обязательно найдём. И сколько бы нам ни понадобилось времени, будем считать это отпуском среди дикой природы.
Наверное, если бы я знал, что мне готовит будущее, я бы не был настолько оптимистичным. Меня бы испугала перспектива бесконечного путешествия, перемежающегося короткими периодами отдыха маленьких городках, многие из которых я уже посещал во время своего первого путешествия на омнимобиле.
Если говорить о чём-то хорошем, то я получил возможность принести слово богини в самые отдалённые уголки Федерации — о монстрах, обитающих именно на моей новой родине, повествовали как старые рапорты авантюристов, так и новые, которые я во время путешествия получал через артефакт связи от Милых Глазок.
Мои спутники моё уныние ничуть не разделяли. Ксандаш скучал по семье, но воспринимал путешествие как обычную работу, чем-то подобным он занимался не один год, причём, в даже близко не в таких комфортных условиях. Дреймуш чувствовал себя прекрасно, как пудель — теперь он мог наслаждаться окружающим миром с помощью двух глаз, отлично питался, всегда ночевал в комфортных условиях, обретая при этом магические знания и навыки — то, за что в ином случае пришлось бы заплатить немалые деньги и затратить ещё больше времени, при этом, получая обучение намного хуже, чем сейчас. Теперь же он не только не платил ни деции, но, наоборот, получал немалые деньги, так что не возражал, даже если путешествие будет длиться бесконечно.
Меня беспокоили родные — каждый из них являлся в какой-то мере городским жителем, который провёл жизнь либо в неблагополучных районах столицы, либо в королевском дворце. Но, похоже, унылый нытик в нашей компании бы только один — я сам. И Тана, и Кенира с Миреной путешествием наслаждались, любовались как красотами природы, так и многообразием городов и посёлков, в которых мы останавливались.
Различного магического зверья мы повстречали немало. Его количество было словно призвано подчеркнуть географическое образование Федерации, вытянувшейся вдоль континента и занимающей колоссальную территорию.
В глубоком горном озере, наполненном прозрачной водой мы нашли филдриза — массивную рыбу с переливающейся чешуёй и четырьмя перепончатыми плавниками, заканчивающимися рудиментарными ступнями. У филдриза имелось три глаза, средний находился на длинном стебельке, словно фонарик рыбы-удильщика. Здоровенная пасть, полная острых зубов, была способна перекусить человека, а костяной гребень на спине имел остроту отточенного лезвия.
Выманить тварь из воды оказалось очень легко — достаточно было кинуть в озеро окровавленную тушу лесного кабана, а потом Мирена просто вытащила монстра вместе с огромным шаром воды. У твари имелись средства как для атаки, так и защиты, вот только противопоставить что-то подавляющей мощи моей тёщи она так и не смогла. Я просто ткнул в неё, обезвреженную захватом практически чистой элир, стволом Шванца. Как я и предполагал, магия филдриза оказалась для меня непригодной. Монстр использовал стихию воды и, к некоторому сюрпризу, воздуха, его магия предназначалась для комфортного обитания на дне водоёмов, а также сосредотачивалась на зубах, способных крушить камень и прогрызать в нём целые туннели.
Чешуя филдриза ценилась, но не настолько, чтобы ради неё хотелось рисковать, ныряя под воду, так что обычно охотники оставляли его в покое. Для нас обездвиженная тварь опасности не представляла, так что как только я дал знать, что мне больше ничего не нужно. Дреймуш его убил, поразив мозг довольно сложными чарами, сплетающими электричество и огонь. Затем Кенира поместила его в один из контейнеров — небольшую сумку, висевшую у неё на поясе, которую я специально создал для биологических образцов и снабдил чарами стазиса.
Шорнаса мы нашли среди пустыни. Несмотря на внешний вид скорпиона, имеющего крылья стрекозы, на шесть лап и длинный сегментированный хвост, покрытый костяной бронёй, он относился не просто к зверям, а к млекопитающим. Я не представляю, какие именно коленца должна была совершить эволюция, чтобы породить такого мутанта, даже сделал предположение, что он является каким-то плодом неудачных экспериментов химерологов прошлого. К счастью, пустыня предполагала большие пространства, на которых можно было запросто посадить омниптёр, так что уподобляться бедуинам, сутками бредущими через пески, нам не пришлось. Стоило мне обнаружить цель и определить направление, как мы посадили Чинук на расстоянии около полумили, я взобрался на высокую дюну и, тщательно прицелившись, его подстрелил.