Взяв очередную порцию бумаг, собранную бандитской информационной сетью, я отправился домой, где до самого вечера листал и изучал эти записи, мысленно составляя карту своего будущего путешествия. Ну а ночью, как и раньше, до спасения Мирены, мы дождались Ксандаша, Лексну и Паталу, после чего вместе улеглись спать на матрацах, расстеленных на полу нашей гостиной.
Я всё чаще и чаще ощущал, что мне не хватает уединения, что теперь в доме находится слишком много людей, что надёжным убежищем больше не является даже Царство госпожи. Мне хотелось остаться вдвоём с Кенирой: посещать знакомые места, заниматься любовью и творить разные безумства, которые она устраивала с такой поразительной фантазией и непринуждённостью.
Увы, каждое завершённое дело вызывало несколько новых, а наградой за хорошо проделанную работу являлась дополнительная работа. Я злился, но прекрасно понимал, что по-другому нельзя, что следует выполнять взятые на себя обязательства: возвращать магию Мирене, обучать Хартана, улучшать контроль и углублять знания Кениры, тренироваться с Ксандашем, а также предоставлять доступ к накопленным мною знаниям и придуманным методикам Лексне и её дочери.
Кенира прекрасно понимала, что творится у меня на душе, и постоянно слала потоки любви и сочувствия. И от этого становилось ещё хуже, так как у меня тут же возникало чувство вины, я начинал ощущать себя эгоистом и лентяем, неспособным приложить усилия даже там, где это жизненно необходимо.
Это длилось довольно долго, почти целую неделю. На девятый день, проснувшись рано утром, я выбрался из переплетения лежащих на матрацах тел, подал руку уже открывшей глаза Кенире, помогая той встать, и открыл рот, чтобы в который раз начать лить ей в уши своё стариковское брюзжание. К счастью, слушать меня Кенира не стала: не дав мне сказать ни слова, она притянула меня к себе, страстно поцеловала, а когда мы, наконец, оторвались друг от друга, сказала:
— Ули, так длиться больше не может. Тебе требуется отпуск, хотя бы небольшой.
— Отпуск? — удивился я. Само слово прозвучало странно и непривычно, словно что-то из другой жизни. Впрочем, так оно и было.
— Именно отпуск! — повторила она. — Никакой работы, никакой учёбы, никаких тренировок. Только ты и я. И ещё Незель.
— Незель? — вновь не смог я сдержать своего изумления. — Вряд ли у неё получится вырваться из храма.
— Ещё как получится, — рассмеялась Кенира. — Отправить тебя отдыхать было именно её советом. И моё предложение присоединиться она приняла с благодарностью.
— А как же Хартан и Мирена? — спросил я.
— Точно, как же мы с Миру? — встрял Хартан, уже успевший проснуться и с интересом слушающий наш разговор.
— У вас обоих найдётся чем заняться и здесь, — отрезала Кенира. — Дом освящён, у каждого из вас есть по реликвии Ирулин, а на время нашего отсутствия Ули выдаст вам домашние задания.
— А куда вы едете? — спросил, поднимаясь, Ксандаш.
— Я планировала выбраться к океану, — ответила Кенира. — Всю жизнь мечтала на нём побывать. Конечно, далековато, ехать почти через всю Федерацию, но…
— Во-первых, — перебил её я, — у нас достаточно денег, чтобы заказать портал. Во-вторых, именно портал нам и не нужен.
— Кстати, Ули, а ты заметил, что постоянно любишь говорить «во-первых», и «во-вторых»? — ехидно поинтересовался Хартан.
— Во-первых, ничего в этом такого… — начал я и запнулся. — Тана, иди в жопу! Ой, Лексна, прости. Пала, никогда такого не повторяй! Ну так вот, во-первых…
Я снова прикусил язык, испепелил хихикающих друзей и домашних гневным взором, а потом сделал глубокий вдох и выдох.
— У нас есть Чинук, поэтому мы с Алирой можем полететь на нём. Но сначала я наведаюсь в разведуправление, спрошу Жагжара, требуются ли какие-то опознавательные знаки или маяки? Не хотелось бы, чтобы нас сбили, приняв за особо тупых шпионов из Сориниза. Конечно, я пока летать на нём не умею, но быстро научусь. Эй, чего вы все так уставились?
— Чинук? — спросил Ксандаш.