Кенира имела иное мнение, она назвала Мирувала мелочным мудаком, с чем я был, в принципе, согласен, но посоветовал всё-таки воздержаться от богохульства, особенно в адрес бога, разделявшего с госпожой один пантеон. Как оказалось, пока я отсутствовал, поступил звонок от Жагжара, так что мы сели на Чотош и направились за город — туда где находилась одна из крупных армейских частей и был подготовлен подходящий по размеру ангар.
Проверив наши личности и убедившись, что мы те, за кого себя выдаём и имеем достаточные допуски, караульный вызвал одного из солдат, который устроился на заднем сидении, откуда показывал дорогу. Прибыв на место к большому странно привычному для землянина строению с полукруглой крышей, мы зашли внутрь. Долго нам ждать не пришлось, буквально через пару минут в ангар вошли два человека, оказавшиеся теми специалистами, о которых говорил Жагжар. Под их ошарашенными взорами Кенира извлекла из кольца огромный орниптёр и, удерживая его простой, но мощной магической структурой, мягко опустила на землю.
К этому времени какого-то секрета из наличия у меня голема я не делал, пусть и особо афишировать не собирался. А раз уж оба военных инженера, по словам Жагжара, находились под клятвами и подписками, Кенира выпустила Таага.
Следующие два дня я провёл в воинской части, возвращаясь домой только для ночёвки. С помощью имеющихся в ангаре сканирующих артефактов мы просветили орниптёр от посадочных лап до верхушек башенок-надстроек, отыскивая скверные сюрпризы. И, конечно же, их нашли. Мне пришлось изрядно постараться, сопрягая новые опознавательные артефакты с бортовыми энергетической и управляющей сетью, удалять прерыватели подачи элир, структуру создания нестабильности в накопителе и несколько маячков, передающих вектор и расстояние на удалённый приёмник. Я полностью переделал систему доступа, убрав запуск по ключу, вместо него внёс образцы аур всех членов моей семьи, Ксандаша и даже Лексны. Приметные парадные цвета флага Сориниза, в которые был окрашен орниптёр, тоже нуждались в замене. К тому же, на мой вкус, изумрудный и аметистовый вместе смотрелись отвратительно, ситуацию не спасал и герб — серебряный геральдический цветок, напоминающий земную обриэту, а уж если быть совсем приземлённым — цветущую капусту.
Не знаю, какие именно делишки проводило разведуправление в этой воинской части, но те несколько бочек краски, которые мы с Кенирой приготовили заранее, так и не пригодились. Не пришлось даже отдавать приказы Таагу — имеющиеся в ангаре приспособления не только быстро и тщательно сняли имеющуюся ливрею прямо до блестящего металла, но и покрасили Чинук заново — достаточно лишь было передать через управляющую пластину требуемую цветовую схему по тому же принципу, которым управлялся университетский фабрикатор.
Любое доверие имеет свои пределы, так что я не стал демонстрировать инженерам наличие у меня Сердца, лишь воспользовался имеющим инструментарием, чтобы организовать под него посадочное гнездо и вывести энергетические шины для быстрого монтажа. Изначальную идею установить Сердце стационарно, я отбросил, ведь даже источник с гармонизированной элир транспортировку омниптёра сильно бы затруднил. Поэтому я внёс изменения в цепи аварийного энергетического сброса, имеющиеся на борту стационарно, добавив коммутатор, позволяющий автоматически переключаться на внешний энергетический источник и возвращаться на основной накопитель при его отключении. Наблюдавшие за моей вознёй инженеры, должно быть, посчитали меня то ли эксцентричным, то ли по-настоящему чокнутым. Или чокнутым богатеем, так как запасной накопитель достаточной для полёта ёмкости и компактного размера стоил сумму, сопоставимую с домом в столице. Впрочем, они прекрасно понимали, что маг, столь сильный, чтобы принести орниптёр в пространственном контейнере, может себе позволить и не такое. Ну а Тааг, не только ловко снующий по обшивке летательного аппарата, но и взламывающий управляющие структуры защищённого по армейским стандартам контрольного блока, их в этом мнении только укрепил.
На третий день, когда мы закончили последние доделки, Чинук было уже не узнать. Полюбившаяся мне тёпло-жёлтая с чёрным раскраска делала аппарат похожим на тропическую птицу, нанесённый на фюзеляж Символ богини напоминал настоящий глаз, что придавал омниптёру неожиданно кокетливый вид и сходство с древнегреческой биремой. Также я добавил узкую красную полосу по периметру, а также выкрасил в этот цвет «крылья» с движителями, и пусть в этом мире не нашлось бы никого, кто смог бы такое оценить, но теперь Чинук носил цвета флага моей родины. Аппарат не только избавился от всего подозрительного и получил опознавательные устройства Федерации — мне удалось оптимизировать энергопотребление, уменьшив затраты элир почти на пятнадцать процентов, а также установить несколько серьёзных артефактов, способных после активации защитить даже от удара голема Кирутал, разумеется, не из основного калибра. Конечно, защитные барьеры нарушили бы и работу движителя, так что после их активации Чинук смог бы лететь только с грацией подброшенного в воздух утюга, но так внутри защищённого объёма я стабилизировал инерцию, этот «утюг» спокойно пережил бы столкновение и со скальным хребтом.