От размышлений о судьбе мира он опять вернулся к королеве. Она притягивала его мысли, как кусок магнитного железа притягивает стрелку компаса. Вот и объяснение её странности. Конечно, девушки в другом мире должны отличаться от наших. Может быть, и то, что он постоянно о ней думает, связано с этим? Хотя для него это понятно. Завтра она решит его судьбу.
– Я с вами закончил и уже ухожу, – сказал маг, и занятый своими мыслями юноша не сразу понял, что сказано было вслух. – Это язык кайнов, и теперь вы его знаете. Мой вам совет: меньше думать, а лечь и выспаться. Решать будете завтра.
Глава 30
Вчера она закрутилась и не поговорила с рахо, как хотела. Разговор предстоял обстоятельный, а день подошёл к концу, поэтому Ира решила перенести встречу на утро, о чём и сообщила Роберу, на попечение которого передали чернокожих. Сегодня могла состояться встреча с Брежневым, но, учитывая разницу во времени, её вряд ли назначат раньше обеда, поэтому всё самое неотложное решено было сделать сразу же после завтрака. Первыми Ира, как и собиралась, вызвала к себе взятых у Урная рахо. Сначала опросила тех, кто заинтересовал меньше всего, – двенадцать мелких чиновников, по долгу службы выезжавших в соседние города. Люди они были неглупые и оборотистые, если на таких низких должностях смогли позволить себе покупку дорогих амулетов, поэтому сразу поняли выгоду службы у королевы кайнов, а перенесённые невзгоды напрочь отбили мысли о превосходстве своей расы над прочими. Ира решила, что после работ по очистке городов отправит их в помощь работникам канцлера, а пока велела выйти в приёмную и позвать девушку.
– Поднимись! – сказала она упавшей перед ней на ковёр рахо. – Садись на стул и назови своё имя. Кто ты такая? Я вчера в спешке не разобралась.
– Меня зовут Рада деш Кардек деш Сани.
– Подожди, но деш Кардек – это же ваш вождь.
– У вождя была большая семья, я дочь его младшего брата. Мать не любила носить амулет, считая, что в доме находится в безопасности. Мы ведь жили далеко от моря и мест сражений. Она умерла, а мы с отцом бежали. В степи нас захватили кочевники. Отец пытался уберечь меня от насилия, и его сразу убили.
– И что же мне с тобой делать, Рада? Чего ты хочешь?
– Я не знаю, госпожа. Всё, что вы захотите, только не отдавайте меня этим кочевникам, лучше убейте!
«Видимо, ей нелегко пришлось в плену», – подумала Ира.
– У меня нет личной служанки, – сказала она девушке. – Если ты согласна ею стать, скажи, что никогда не причинишь мне вреда.
Рада торопливо закивала головой и произнесла нужное, а Ира закрепила клятву заклинанием и отправила её к Мару.
– Это мой секретарь. Он определит для тебя комнату и передаст управляющему. Тебе нужно пошить другое платье и не одно. Потом походишь по дворцу с теми слугами, которые помогали мне раньше, и они всё покажут. Когда будешь в приёмной, скажи Мару, чтобы вошёл один из трёх оставшихся для беседы.
Вошедшему рахо было лет шестьдесят, но на вид мужчина выглядел крепким. Видимо, этим и объяснялось то, что лучи не убили его на месте. Обычно они не брали пожилых пленников. Этот рахо сохранил достоинство, в отличие от многих своих соотечественников, чем сразу привлёк внимание Иры в лагере Урная. Войдя, он низко поклонился и стал ждать её слов.
– Кто ты, и чем занимался? – спросила она. – Вчера вас было очень много, да и неудобно говорить мысленно на сложные темы, не зная языка. Часть сказанного при таком общении теряется.