- Но... Суд...
- По уставу, суд в военное время, - это я. Как бы не было это мне тяжело.
Олег передал чашку с кофе в руки Сергею. Тот взял и машинально отхлебнул. Олег налил себе из "поттера" кипятка и опустил в него пакетик чая.
- Эх, чай у нас здесь не растёт. Ни кофе, ни чая.
- Что? - Спросил Сергей Вениаминович.
- Чай, говорю, не растёт в Америке.
- Как не покажется странным, у меня есть семена. У меня тут в моём доме... Ну... В той Венесуэле... Росли чайные кусты. От предыдущего хозяина остались... И я с них семена собрал. Хотел дома у мамы в Новороссийске посадить. Говорят, могут взойти. И кофейное дерево в горшочке. Я его с собой взял. Его поливать часто надо. А дома у меня какао растёт. И здесь оно растёт. Думал, запущу установку и с вами домой.
Он всхлипнул, и в кофе с его носа упала слеза, громко хлюпнув.
- Нам всем сейчас... Вы понимаете... - Сказал Олег.
- Понимаю.
- Всем очень тяжело. Все на грани срыва. Понимаете?
- Понимаю.
- Нужна бодрость духа и уверенность в завтрашнем дне. Я, что хотел у вас спросить, Сергей Вениаминович... Ваша химлаборатория, что может и для чего предназначена?
- Задача её простая: контроль качества нефтепродукта. Предпусковая настройка автоматики под добытую нефть. Раскрою гостайну. Перегонная установка - прообраз завода переработки тяжёлой нефти на более, чем... На много фракций, короче. В том числе и газообразные. Отбор серы, особым высокотемпературным методом. Почему там и используется реактивный двигатель.
- Долго её собирать?
- По план-графику - трое суток до стабильного поступления продукта.
- Понятно...А с буровой? Как устанавливается?
- О... Там всё просто. Автоматика. Кнопку включил и она сама раскрывается. И собирается. Это - увеличенный прообраз бурильной установки, адаптированной к лунным или марсовым бурениям. Пять контейнеров устанавливаются в ряд, раскрываются, и трубы подаются на установку автоматически. Трубы с авто-подогревом и с контуром нагнетания давления. То есть - это одновременно и буровая, и качающая станция. Там такой же реактивный двигатель. Вся система подключается к заводу, который, по сути уже собран в контейнерах. Остается только состыковать внешние патрубки. Но это делается... Вы удивитесь, как просто.
- Так вот почему здесь контрразведка и ЧВК... - проговорил Олег.
- Да... Это очень секретный проект.
- Что-то комбата нет, - сказал Олег и потянулся к аппарату. Набрав номер его каюты и услышав длинные гудки, он набрал каюту особиста.
- Это Шапошников. Не знаете, где комбат? ... Бухает? ... С вами? Эх, товарищ Субботин... Значит, командир должен быть трезвым, а остальные бухают, млядь. Вы хоть из каюты не выходите. А кто морпехов контролирует? ... Ваши чоповцы. ... Ввели в состав регулярного подразделения? Заместителями по диверсионной работе. Понятно. А там их не было? ... Повесили? Кто? ... Я? Понятно. Пить кончайте. До завтра.
- Вот так вот, Сергей Вениаминович. Такая командирская доля: один за всех и все на одного. И старпом где-то спрятался. Мостик без охраны... - задумчиво протянул Олег.
- Там... У лестницы... Боец в камуфляже. И на верху, и на балконах этой вашей... э-э-э... рубки.
- Да? - Олег удивился и вышел на крыло мостика.
Ниже палубой у трапа на крыле стоял чоповец. Вернувшись в рубку кэп устало вздохнул.
- Ну да ладно. Ступайте, Сергей Вениаминович. Вроде всё порешали.
- Мостик - доку, - проговорил динамик транслятора.
- Слушаю, док.
- Готовы майнаться.
- С богом, Владимир Семёнович.
* * *
Поселения или его остатков в точке образования города Марокайбо и рядом на побережье не обнаружилось. Обнаружились поселения аборигенов, но чуть в стороне от предполагаемой точки бурения.
- Малый, - скомандовал первый штурман.
БДК замедлил ход, а потом и остановился, почти привалившись кормой к берегу.
- Держим точку, - сказал штурман.
- Раскрыть створки и вынести понтон, - скомандовал старпом.
На мониторе было видно, как задние створки трюма раскрылись и сверху опустился понтон, который лёг на направляющие и заскользил к берегу по воде, выдвигаемый поршнями толкателей. Следом, таким же образом, вышел второй. Видно было, как матрос зашёл на понтон и прошёл по нему к берегу, потом развернулся и поднял руки, сложенные в крест.
- Баста, на мостике, - сказал боцман, - выгоняй технику.
- Внимание в трюме. Корабль готов к высадке десанта.
* * *
Комбат скользнул гибким телом между БМП и вышел на понтон. Он был в тропической многослойной "мембране", панаме, тёмных очках хамелеонах, тропических берцах и перчатках. Форма была "нулёвая" и приятно холодила кожу.
Выйдя на песчаный, кое-где поросший кустарником и невысокими деревьями берег, Павел Иванович Дружинин поднял руки вверх и помахал ими обеими одновременно, приветствуя стоящих очень вдалеке аборигенов. Потом Паша развернулся к БДК и махнул рукой. Техника взревела и по очереди двинулась на берег. По мере разгрузки БДК автоматически перемещал балласт и понтоны практически не шевелились.