Но первым среагировал на всплывающий "Голландец", идущий вторым малыш "Нинья". Он резко заложил на левый борт, а "Санта Мария", как шла прямо, так и уткнулась в форштевень "Голландца". А ещё через пару минут затонула.
- Ёшкин дрын, - сказал старпому по рации Крельдин. - Не такого сногсшибательного эффекта вроде хотели.
- А по мне... Тоже неплохо. Топить их к е..ням собачим, и всех делов, - ответил старпом. - Красиво уходит. Монументально. Этот... Как его... Бл... Забыл. Эй..., блять, ... Эйзейнштейн, ёптать.
На мониторах, передающих видеосигналы от камер, установленных на мачтах, машущий руками старпом в оранжевом ГСП на палубе "Летучего Голландца", тянущем за собой в пучину вод каракку "Санту-Марию", смотрелись, как тонущий броненосец Потёмкин или Титаник.
- Сука, я плачу, - сказал кэп.
- Не надо, - сказал Старпом. - Вынимайте уже меня отсюда. Тут акулы плавают, а ты знаешь, как я к ним отношусь.
Старпом был опытным водолазом, но акул боялся.
.
* * *
- Так. Теперь надо понимать, где сидит фазан, то есть - Колумб. Да и есть ли там Колумб.
- А нам не по+уй? - Спросил особист.
- По большому счёту, оно, конечно, именно... Но исторически... Хотелось бы знать, "а был ли мальчик"? - Размышлял вслух Олег.
- Да, похер. Они могут придумать всё что угодно, а мы гадать будем?
- По мне, так, то, что ещё один Гамов не утоп - уже хорошо, сказал комбат.
- Да-да, - согласился командир БДК. - Хотелось бы с ним потолковать.
- Мы к этому стремимся, - сказал особист. - Лошарик рядом, если что. Бдит.
* * *
Сразу после встречи с "Летучим Голландцем" два оставшихся парусника легли в дрейф. Но волна била в борт и они снова взяли парусами ветер. "Нинья" шла первой.
- Глядикось! Малыш-то стал флагманом, - сказал старпом "Белгорода" Леонид Тимофеевич Синицын. - И не такой уж он и малыш. Какая историческая бл+дь, написала, что "Нинья" - малышка?
- Тама он. Спинным мозгом чую, - сказал капитан.
- Да и ладно, - индифферентно отреагировал старпом, - хотя она может и иметь меньший ход. Ей же паруса меняли на этом... на острове...
- Склеротишь, Тимофеич? Спишу на берег!
- Ой, напугал... Я на базе такую кралю присмотрел... Списывай, сатрап.
Они рассмеялись. "Голландец", следуя за "туристами", как их обозвал по каналу связи комкор БДК, ещё несколько раз всплывал. И после этого с палубы каравеллы исчезали все матросы, кроме рулевого. Направив таким образом "туристов" на Кубу, "Голландец" всплывать перестал. Куба была на горизонте.
* * *
- Капитан, - обратился Санчо Руис да Гама, к капитану "Ниньи" - Висенте Яньесу Пинсону, - нам надо было брать лево руля. На этом острове злые аборигены. Тут очень хорошая бухта, но с индейцами мы не справимся.
- Команде уже всё равно, Санчо. Команда хочет спрятаться в бухту от этого дьявола. Этот жуткий парусник, не даёт пройти южнее. Мы проскочили уже три острова. Эта проклятая посудина всплывала прямо по курсу. Я не хочу в ад, Санчо. Господь смилостивится над нами. Лишь бы встать на якорь и почувствовать ногами берег.
Парусники осторожно вошли в канал.
- Действительно... Какая прекрасная бухта. Что у тебя написано про неё в журнале?
- Ничего, кроме того, что мы видим.
С обеих берегов двухсотметрового канала к судам неслись пироги. Тучи пирог. Уткнувшись в борта, пироги собирались в плоты и скреплялись досками, положенными сверху. К плотам чалились и чалились другие пироги и плот всё расширялся. На плоты залазили индейцы и стояли голые, страшные, раскрашенные татуировками и черной краской. Стуча древками копий по доскам плотов они молчали.
- Не стрелять, - крикнул Висенте Пинсон. - Их слишком много.
Но вдруг прогремел выстрел, а потом ещё несколько. На палубы полетели отравленные дротики. По подставленным к бортам доскам с балясинами индейцы полезли наверх.
- Огонь, огонь, - закричал капитан, но его уже никто не слышал. На палубе появились первые трупы и толпы нападающих, которые, ловко владея копьями, пробивали себе дорогу сквозь ряды экипажа. Смазанным чёрным соком дерева кураре, им требовалось лишь чиркнуть по телу и человек, валился бездыханный и недвижимый.
На каждом судне находилось не больше ста человек экипажа. Индейцев было около тысячи. Не все они участвовали в штурме, многие оставались стоять на импровизированном плоту.
Постепенно бой затих, и на палубу "Ниньи" быстро забрались десантники-пехотинцы. Они были тоже голые и практически не отличались от индейцев. Но вместо копий они держали медицинские сумки.
- Индейцев обрабатываем первыми, - напомнил старший группы и склонился над первым раненным.
Отравленные дротики, вовремя брошенные в толпу защитников, значительно снизили потери от огнестрела. Только половина команды смогла воспользоваться ружьями. Но и этого было слишком. Выпущенная почти в упор в незащищённое тело картечь не оставляла шансов даже раненным. Поражения были слишком обширные, чтобы их перевязывать, и морпехи быстро закончив перевязывать случайно попавших под картечь раненных, приступили к реанимации португальцев, делая искусственное дыхание механическим аппаратом искусственной вентиляции лёгких. Так называемым мешком Амбу.