* * *
В Португалии более пятидесяти процентов населения были сефарды, поэтому найти береговой городок, полностью ими контролируемый, не составило труда.
Погрузив первую партию беженцев на шесть кораблей, составившую около тысячи человек, суда по одному уходили в атлантический океан, а на нулевом градусе их ждал Большой Десантный Корабль, трюма которого переоборудовали под приём переселенцев.
Спокойное море позволило парусникам швартоваться к выдвинутому из кормы понтону. Трюм, застроенный деревянными "вешелами " высотой под самую внешнюю палубу, забили не полностью.
Восемь сто двадцатиметровых рядов пятиярусных нар вмещали две тысячи четыреста человек. В центре оставался двухметровый проход, где и прогуливались пассажиры. Для удобства второй ярус убрали и внизу получилось двухметровое пространство для променада. Разминались пассажиры по очереди.
После перегруза БДК пошёл прямым ходом на устье Амазонки, а парусники вернулись за следующей партией беженцев. Скорость БДК позволяла выполнить две тысячи мильный переход туда и обратно, когда парусники проходили таким же манером тысяча семьсот миль. Времени хватало и на помощь в обустройстве переселенцев на новом месте.
Несколько первых переселенцев приплыли на БДК на встречу второй партии беженцев, успокоили их и, пересев на парусники, вернулись в Португалию.
* * *
- Дон Алехандро, будьте всегда здоровы и да продлит господь ваши дни, - начал Аарон, как только Александр открыл дверь своего дома.
- Полно те, господин Арци. Стоит ли так кричать на улице сефарду, и тем паче - прославлять христианина? Мне ещё тут жить.
- Так и мне здесь жить, дай Бог.
- Вы не поедете и станете выкрестом?
- А что делать? Я пришёл вам сказать, что наши люди устроились "там", - он скосил глаза направо, где, по его мнению, была "новая земля", - очень хорошо. Хотя, говорят, очень жарко и мокро. Но это всё ничто, по сравнению с надвигающимся на нас шухером. Как говорила мне моя мама: "Жарко - это не холодно". Где у них было холодно, я не знаю, но маме всегда верил. Так, что, от колонии новых граждан вашей, таки Америки, вам большая Благодарность.
- Сильно большая? - Спросил Александр посмеиваясь.
- Ах, дон Алехандро, вы, точно, наш человек, - ответил, тоже посмеиваясь Аарон. - Тысяча британских суверенов. За тысячу человек. Извольте получить. Тут - одна тысяча двести пятнадцать, - показал он на два обычных джутовых мешка.
- И вы так шли по Лиссабону?
- Ой! Да, кто подумает, что какой-то сефард среди дня на тачке везёт двадцать тысяч гран золота?
- Восемнадцать, - усмехаясь сказал Александр. - Восемнадцать тысяч восемьсот девяносто три грана.
Аарон приоткрыл от удивления рот и закрыл его, сглотнув слюну.
* * *
Следующие платежи, Александр предпочёл брать векселями, иначе надо было открывать свой банк. По реакции Аарона, Александр понял, что тот на это и рассчитывал.
- Всё же умные люди, - подумал Александр, пряча в шкатулку векселя, подписанные пятью главами богатейших еврейских домов. - Однако, бумаги тоже надо где-то хранить.
* * *
Вечером четверга одиннадцатого дня декабря 1493 года в дверь дома Александра постучали. Мальчишка подмастерье побежал открывать и через мгновение закричал:
- Дон Алехандро, к вам посетитель. От городского судьи.
- Пристав, что ли? - Крикнул хозяин. - Так, поздно уже.
- Не-е-е... Слуга. С приглашением.
Александр спустился по лестнице, на ходу застёгивая камзол. Работы в мастерской уже закончились, все разошлись, кроме этого бездомного мальчишки, который жил там же, где и работал.
- Так запусти его, чего стоит человек на улице?
- Да какой он "человек", так...
- Такой же, как и ты, босяк. Марш в постель. Сам разберусь.
Пацанёнок убежал, впустив почти такого же, как и он, только в камзоле, в сапогах и с кортиком на боку, мальчишку. Ну и в штанах, естественно. В руках у него был сложенный в прямой конверт лист бумаги, запечатанный красным сургучом с оттиском какого-то герба.
Распечатав послание, Александр сунул курьеру мелкую монету, выпроводил и закрыл за ним дверь.
- Что там у нас, - проговорил он и прочитал. - "Альваро де Браганса, 5-й сеньор Феррейра, 4-й сеньор Кадавал, 1-й сеньор де Тентугал приглашает господина Алехандро де Санчеса на празднование восемнадцатых именин его дочери Марии де Браганса де Сильвы, назначенного на двенадцатый день декабря 1493 года".
* * *
- Привет тебе, брат Антониу, - сказал Александр, видя входящего в дверь мужчину лет сорока.
- Привет, Алехандро. Прикажи лошадку напоить и привязать. Долго ехали, притомилась. Поговорить надо. Дело есть срочное.
- Я на именины к дочери городского судьи собираюсь. Пошли на верх.
Поднявшись на жилой этаж и закрыв за собой дверь, Александр обернулся к "брату".
- Приезжали от судьи и выспрашивали про тебя. Сначала у слуг, домочадцев, а потом и у меня. Настырный такой... Что да как, да какой на вид? Почему уехал из Толедо? С епископом нашим разговаривал. Но уехал, вроде, довольный.