Рассказ Митрофана Сергеевича увлёк Стёпу. В приюте взрослые редко рассказывали истории, а его удалённость от города не способствовала взаимодействию с внешним миром. Дети варились в собственном окружении и поэтому послушать о жизни сторожа было интересно.
- А его разве милиция не поймала? - удивился Степан.
- Стёп, к сожалению милиция всегда ловит преступников только в кино. А в реальной жизни они могут и сами быть замешаны в преступлении. Надо только знать кому дать и обладать нужной суммой.
- Чего дать? - не понял ребёнок.
- Денег. Сейчас к человеку отношение строится не от его личных качеств, а от толщины его кошелька. Хочешь, чтобы тебя уважали - становись богатым. Но я бы хотел, чтобы ты вырос достойным человеком, а богатым или нет, дело десятое, - Митрофан Сергеевич потрепал макушку Степана. - Так вот, завод полностью развалился и мы с женой остались без средств к существованию. А ещё и Света, ей скоро надо поступать в университет, - вернулся сторож к рассказу. - На накопленные средства мы с женой сняли небольшой ангар, а с завода смогли утащить часть оборудования. Представь себе, дорогущее оборудование и вообще ни кем не охраняется. Повесили замок, повязали ленточку и закрыли предприятие. Подгоняй машину и забирай, что хочешь. Вот мы и забрали. Наладили свой выпуск кирпича, в промышленых маштабах он никому не нужен, а вот в малых количествах требовался. Потихоньку дела вновь пошли в гору, мы работали как проклятые. Сами производили, искали клиентов и доставляли. Пока однажды к нам не постучалось двое братков, которые предложили свою охрану. И чёрт меня дёрнул послать их...
Митрофан Сергеевич замолчал вновь переживая свою ошибку. И дня не проходило, чтобы мужчина не вспоминал о ней. Он продолжал винить себя вновь и вновь. Сколько раз в своих мыслях представлял, что действуя по-другому - избежал бы её и всё бы тогда было хорошо. Но время назад не вернуть и ошибку, какая бы она ни была, не исправить. Степан поддался настроению Митрофана Сергеевича и молча ждал продолжения.
- Я, Нина и Света, которая нам иногда помогала, поехали отвозить новый заказ. Мы загрузили свою газель несколькими поддонами кирпичей и отправились на стройку одного "Нового русского". Дорога вела сквозь просёлочную местность и нас попыталась остановить машина. Черный мерин тех самых братков. Я поддал газу. Мне всего лишь надо было успеть доехать до стройки, а там бы нас прикрыли, но... Я не справился с управлением. Машину на повороте выбросило на обочину, впереди дерево. Я зажмуриваюсь и слышу крик своих девочек. Удар. И я не надолго выпадаю из реальности. Через пару минут прийдя в себя увидел удаляющийся мерин. Они просто скрылись и больше я их не видел. А потом я увидел их, - сторож сглотнул. - В общем только я был пристёгнут и это меня спасло. Кроме перелома ноги у меня были только ушибы. А они не выжили.
Стёпа не знал, что сказать Митрофану Сергеевичу. Мальчик не ожидал такой истории. Она повергла его до глубины души. Ему было жалко сторожа, но как себя вести он не знал. Степан не осознано провёл параллели между своей мамой и родными сторожа. У мальчика заблестели глаза и он сжал губы стараясь не расплакаться.
Мужчина, продолжая находится во власти воспоминаний, не посмотрел на ребёнка, на его реакцию. Свою историю он закончил быстро, выдав её почти скороговоркой.
- Выйдя из больницы я продал наше с женой дело, квартиру и дачный участок. Раздал все вещи, а деньги отправил на благотворительность. Я просто не мог больше находится там, где хоть, что-то о них напоминало мне. Вот в принципе и вся история.
Митрофан Сергеевич ни кому ещё её не рассказывал. Раньше дети спрашивали его о травме и он всегда придумывал разные простые байки. Почему же его дёрнуло рассказать сегодня, да ещё кому? Девятилетнему мальчику. Эта история явно не для его ушей. Рано ему ещё слушать такое. Сторож не хотел признаваться даже себе, что ему просто нужно было выговориться и излить душу. Каждодневное накручивание себя выплеснулось, как вода сквозь переполненную плотину. Ведь если каждый день на протяжении нескольких лет будет идти дождь, то какая бы большая и крепкая плотина ни была бы, то рано или поздно она не сможет удержать воду.
- Бери ещё печенье, - прервал затянувшееся молчание Митрофан Сергеевич.