- Олю? - нахмурился Максим.
- Да, мне показалось странным, что она с пятницы лежит в комнате девочек и не показывается наружу.
- Стёп, - Максим схватил его за плечо. - Ты только не нервничай. Но у нас нет никакой Оли, тем более болеющей в комнате девочек.
- Как? - поразился Степан. Он перевёл взгляд на Лизу и она кивнула подтверждая слова Максима.
- Стёп, ты не заболел? Может позвать Елену Аркадьевну?
- Кого? - Стёпа говорил тихо, как пришибленный.
- Елену Аркадьевну, нашу медсестру. Она осмотрит тебя, может таблеточку даст.
- Но у нас нет никакой медсестры и никогда не было!
- Так, - вздохнул Максим, стараясь успокоиться. Состояние Степана его не на шутку испугало. - Пошли проведу тебя к ней и ты сам убедишься.
- Не надо меня никуда вести! - Степан крикнул на Максима и дёрнулся из его рук, вырвавшись из хватки.
Максим сделал к нему шаг, желая схватить. Он понимал, что Степан не в себе и может натворить дел. Стёпа же не хотел идти к медсестре. Внутри него всё вопило об опасности. Страх накатил на него. А вместе со страхом участилось дыхание, выплеснулся адреналин.
- Не подходи! А то... - Стёпа осмотрелся вокруг, он не знал, что делать. И произнёс ещё раз. - Не подходи!
- Хорошо, стою на месте, - согласился с ним Максим.
Дети смотрели на Степана с разными эмоциями, недоумение, волнение, переживание. Никто из них не понял почему он стал кричать.
- Кто-нибудь помнит Олю? Нашу маленькую Олю, первоклашку как и Егор. Ну хоть кто-нибудь?
Все молчали. Про какую Олю говорит Степан никто не понимал. В их реакции мальчик понял, что он один помнит Олю. Как так? Почему они её забыли?
- Стёп. Никаких Оль никогда с нами не было. Нас всегда было девять. Пять мальчиков и четыре девочки. Я, ты, Вова, Егор, Саша, Лиза, Марина, Вика и Катя. Всё, больше никого, - произнёс Максим.
- Мне наверное приснилось, - Стёпа решил дать заднюю. Мальчик поражённо сел на ближайший стул. - Просто приснилось, аха-ха, - нервно посмеялся он.
- Точно! Это же ты сегодня ночью кричал? - пришёл к нему на помощь Саша. - Представьте сплю, никого не трогаю и вдруг крик на всю комнату. Как только остальные не проснулись не представляю. Я ещё в Стёпу тогда подушку запулил, чтобы он прекратил кричать.
Все дети вокруг резко стали говорить и выяснять, а мог ли быть такой реалистичный сон? Что во сне приснился человек и потом на яву ты думаешь, что он действительно существует.
- Есть разные сны, - произнёс Вова. - Я читал в одной книжке, что сны это воспоминания о прожитом опыте. Возможно у Стёпы до попадания сюда была знакомая девочка. Она ему приснилась. А так как эта девочка живёт на самом деле, то у него в голове всё перемешалось и вот результат.
- Как у Винни Пуха? - спросила Марина. - Ну помните он пел "В голове моей опилки, не беда!". А если в голове опилки и их встряхнуть, то они перемешаются.
- Аха-ха, у Стёпы в голове опилки, - засмеялся Саша.
- Прекрати, - стукнула по парте Катя, прерывая смех Саши. - Стёпе и так не легко, а ещё ты усложняешь. Представь себя на его месте.
- Дааа, действительно, извините, - повинился Саша.
- Стёп, ты как? - Максим увидел, что он успокоился и сидит на месте.
- Я в порядке.
- Ну и хорошо. Если вдруг будет плохо говори. Не держи в себе.
Степан кивнул соглашаясь. Чтобы не казаться перед другими дурачком, чтобы его не отвели к медсестре, мальчик смог сообразить и перевести стрелки на плохой сон. Но принять того, что Оли нет он не мог. Надо проверить и убедиться, самому. Первое найти вчерашний листок. Лиза убирала его в куртку, возможно он там и остался, либо могла отнести к себе в комнату. Да и в комнате девочек осмотреть кровать Оли не помешало бы. А ещё эта Елена Аркадьевна, почему Максим сказал, что она медсестра. И судя по его словам медсестра она давно. Стёпа вспомнил эту женщину. Именно так она представилась когда делала прививки и голос... Тот голос на лестничной площадке ночью - это был её голос.
День 8. 1999 год 19 апреля понедельник. Детский дом Белуга. Столовая.
Ложка медленно - нехотя опускается в тарелку с супом. Раздвигает по углам овощи, картошку, капусту, марковку и выцепляет квадратом нарезанный кусочек мяса. Так же не спешно ложка отправляется в рот и начинается долгое пережёвывание этого кусочка. Стёпа сидел в прострации. Есть совсем не хотелось. Мальчик постоянно ловил на себе взгляды других детей. Они пристально на него смотрели тогда, когда думали, что он их не видит. Но продолжали держаться на расстоянии и не приставали.
Степан не отставал от своих сверстников, наблюдал за ними и кое-что ему не нравилось. Девочки вели себя как обычно. Катя даже когда ела старалась делать всё по правилам и постоянно одёргивала веселящуюся Лизу "С едой не играют!" и подобные нравоучения от неё сыпались постоянно. Лиза это Лиза и этим всё сказано, если ей будет весело, то она будет это делать и её не остановишь. Марина сидела рядом с Викой и витала в облаках, пока Вика ей подкладывала свои лучшие кусочки. Прямо как мама кошка над своим неразумным котёнком. А вот среди мальчиков всё было не так радужно. Саша постоянно косился на Степана, но молчал. Хотя от него ощущалось желание высказаться. Максим приглядывал за всеми. Вова ел задумавшись и не реагировал на окружающих. А вот Егор, который обычно тормошил мальчишек в сложных ситуациях и делал это так непосредственно, что любые склоки сразу забывались, второй день подряд был тенью себя прежнего. Степану казалось, что лицо Егора схуднуло и приобрело не характерный ему бледноватый оттенок. Может быть он плохо себя чувствует? Но почему тогда молчит и не говорит об этом никому? Последние дни у Степана были насыщенными, мальчик был зациклен на себе и Лизе. Состояние Егора для него стало откровением. Первым порывом было подойти и поинтересоваться самочувствием, но очередной, брошенный из-под бровей взгляд Саши в его сторону, остудил Степана. Оставалось молча, не привлекая внимания, следить за Егором.