Но если бы все было настолько просто — поехать и решить.
— Ты же слышал Росса. Спецам нужна я, — произношу нарочито спокойно, хотя голос вот-вот сорвется. — Застегни молнию, пожалуйста.
Поворачиваюсь к Уайту спиной, собрав волосы на затылке.
— Не помню в твоем гардеробе такого платья, — конечно же замечает он.
— Не было повода надеть.
— А сейчас, твою мать, самый подходящий.
— Надо же его выгулять, — натянуто улыбаюсь, догадываясь о причинах его беспокойства. — Тебя ведь не поездка к Мартину тревожит?
— Меня тревожит Его появление, вот что. Думал, ты понимаешь.
Это уже не рядовой разлад в семье, это нечто большее и взрывоопасное. А самое мерзкое, что при упоминании Росса меня бросает в жар. Он влияет на меня, и с этим, боюсь, ничего нельзя поделать. Тени прошлого тянут ко мне свои лапы и заставляют вспоминать и так не забытое время. Запертое на сотни замков, но не забытое.
Павильон по-прежнему привлекает внимание издалека. Даже при дневном свете неоновая вывеска сияет ярче уличных фонарей.
Мы приезжаем на час раньше — ожидание вымотало, и оставаться в четыре стенах не было никакой возможности.
В клубе ничего не изменилось. Разве что вместо Мальвины по залу щеголяет полуголая рыжая бестия, которая с таким же энтузиазмом протрет пол пятой точкой, согнувшись пополам возле шеста.
— Приветствую, — знакомый голос привлекает наше внимание.
К нам спускается Крис, появившийся из-за большой черной занавески, отделяющей общее пространство от vip-a. Он сразу же замечает Эллиота и, позволяя себе скупую улыбку, жмет ему руку.
— Так вот кто теперь подтирает за всеми, — ухмыляется Уайт.
— Перестановка кадров, — сдержанно отвечает новый начальник охраны и переключается на меня. — Эйва.
Он выглядит дезориентированным. Ощущение, что и вовсе не понимает цели нашего визита. Но я улавливаю симптомы ностальгии. Мои отчаянные бесчинства и его снисхождение. Натерпелся тогда головной боли.
— Как ты, Крис? — нуждаюсь в этом вопросе даже больше, чем, возможно, он.
— С переменным успехом. Как и все мы.
— Может, пора в отпуск? — подшучиваю над большим человеком.
Крис снова натягивает дежурную улыбку, которая, собственно, и служит ответом.
— Мы можем подождать.
— В этом нет необходимости, — Мартин возникает из ниоткуда. Вид слишком усталый, чтобы вести переговоры, но дело не терпит отлагательств. Он красноречиво дает это понять своим взглядом.
Мы поднимаемся в кабинет хозяина клуба и, словно в театре, занимаем отведенные для каждого места. Таким образом, мы оказываемся по разные стороны большого деревянного стола из красного дерева: с одной — я и Эллиот, с другой — Мартин и его охранник.
Росс не сводит с меня глаз, цепляясь за мои робкие движения. Я же стараюсь не шевелиться, а затем будто и вовсе прекращаю дышать. Пульс снова учащается, ведь в полюбившихся когда-то аквамаринах непривычный кратковременный штиль.
— К сути, — довольно грубо выплевывает Эллиот, откидываясь на спинку стула.
На столе появляется объемная черная папка. Уайт бегло знакомится с ее содержимым, максимально отклонившись от меня в другую сторону.
— Не мне тебе рассказывать о пристальном внимании к моему бизнесу.
— Задницу прикрывать больше некому? — передергивает Эллиот, намекая на Руперта.
— После «вечеринки» у Ларри Пирса, — продолжает Мартин, проигнорировав выпад оппонента, — на меня спустили всех собак. Наследили мы тогда прилично.
Росс вынимает из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет, но закуривать не спешит. Крутит ее в руке, зажав между средним и большим пальцами.
— Тоби как бы нет, Ларри тоже. Остаешься ты, — ухмыляется Эллиот.
— Начались проверки, — вклинивается в разговор Крис. — От первой волны отбились, но дальше всплыл неожиданный сюрприз в лице говнюка Стока. А он, как выяснилось, представляет для спецов куда больший интерес, но кого обнулить для всеобщего спокойствия по большому счету все равно.
— Предложение было заманчивым и предельно простым, — чеканит Росс. — Убрать Тоби, и мне разрешат получить его точки. Все счастливы и довольны. Да вот только отказ мой пришелся им не по душе. Особенно, когда узнали, что я хочу скинуть все подполье.
— Решил заделаться добропорядочным бизнесменом? Чего вдруг? — брезгливо рычит Эллиот.
Мартин переводит на меня тяжелый взгляд. Не знаю, какие мысли роятся в этот момент у него в голове, но все это красноречие заражает мое выдрессированное безразличие.