— Если вопросов нет — все свободны.
Ровно в восемь утра полноправные обитатели приюта построились в спортзале. Только здесь они могли собраться вместе. В этой комнате, площадью примерно двадцать на тридцать метров, с высокими, метров десять, потолками и огромными окнами, защищенными решетками, проводились тренировки воспитанников. Справа в небольшой нише стояли самодельные тренажеры. Вдоль стен сохранились шведские лестницы — все, что нужно. Чтобы выжить, детям необходимо быть физически сильными, выносливыми. В идеале, каждый из них должен стать мусорщиком или охотником в городе. Другую профессию Марк не мог им дать, да и не примет их город, будь они даже самыми талантливыми учеными. У города существовали вакансии только в двух профессиях — там, где чаще погибали люди. В восемнадцать лет любой, кто успешно сдал тест на физическую подготовку, мог получить койку в общежитии. Но до сих пор никто не спешил уйти из приюта. Самый старший — Эрик Жманц — сказал, что уйдет, только когда у него родится второй ребенок, чтобы сразу получить двухкомнатную квартиру. Остальные решили поступить так же.
Майор прошел к дальней стене, встал между двумя рядами воспитанников, оглядел свое "войско". Семь классов, почти тридцать человек в каждом. Напротив него, у дальней стены, самые младшие — первоклассники. Там в основном дети, недавно попавшие в приют, а так же те, кто перешел из нулевого класса, где мадам Анна Хелена воспитывала малышей до шести лет. Ее подопечные, так же как и умственно неполноценные дети мадам Байи на построении не присутствовали.
Справа, рядом с майором, его гордость — добытчики. Дети, которые каждый день выходят на свалку, чтобы найти что-то ценное. Практически, только они приют и кормят. Слева четвертый класс — те, кто вот-вот станут добытчиками. Чуть дальше два третьих и два вторых класса. За спинами детей стоят воспитатели и прибывшие ночью дети — их еще не распределили по классам. Одеты его воспитанники в старые потерявшие форму кофты, залатанные брюки или шорты. Получше выглядят добытчики. Они рискуют жизнью, а потом имеют право на какие-то привилегии. Во главе классов стоят его парни — старшие лейтенанты. Им, как и себе, Левицкий покупал форму городских полицейских. Воспитанники вытянулись в струнку при виде майора. Эрик, который еще не сдал дежурство, скомандовал:
— Приют, равняйсь, смирно!
— Доброе утро, воспитанники приюта, — недружелюбно поприветствовал майор.
— Доброе утро, господин майор, — в один голос откликнулось больше двухсот голосов.
— Сегодня нам предстоит еще один трудный день, но мы…
— Будем бороться и побеждать! — откликнулись дети.
— Хищники захотят сожрать нас, но мы…
— Будем бороться и побеждать!
Казалось, стекла в спортзале слегка дребезжат от этого восторженного крика.
— Когда учеба не будет даваться, мы…
— Будем бороться и побеждать!
— Когда сил не останется работать, мы…
— Будем бороться и побеждать!
Марк подождал, когда утихнет эхо ребячьих голосов, а потом скомандовал:
— Вольно. Разойтись!
Зал загудел, словно одновременно заработало с десяток мощных вентиляторов. Стройные ряды распались. Дети потянулись к столовой. На месте остались лишь новенькие, они пока не знали, что делать и куда идти. Марк направился к ним, попутно заметив, как старший лейтенант Зверев догнал Александру Карангело. Из десяти его парней только трое еще не создали семьи, но, кажется, Славик решил исправить это упущение. Он сделал у себя в мыслях пометочку — надо подготовиться еще к одной свадьбе.
Новенькие — девять человек смотрели на него со смесью восторга и ужаса. Он выдержал паузу, пристально оглядев всех.
— Настало время познакомиться поближе, — наконец заговорил он. — Я, майор Левицкий, руковожу приютом. Обращаясь ко мне, вы должны говорить "господин майор" или "господин Левицкий". Ясно?
Дети нестройно кивнули.
— Когда к вам обращается старший по званию, я или лейтенанты, на односложный вопрос вы должны отвечать "так точно" или "никак нет". Ясно?
Еще один кивок.
— А теперь еще раз и по уставу. Ясно?
— Так точно, — вразнобой ответили новички.
— Так точно, господин майор, — поправил их Левицкий. — Еще раз.
— Так точно, господин майор, — на этот у них получилось значительно лучше.
— С этого дня вы становитесь рядовыми приюта. Называя себя, следует приставлять перед именем слово "рядовой". Ясно?
— Так точно, господин майор, — немедленно откликнулись дети. Марк заметил, что не все слушали его внимательно, и потому некоторые промолчали, но он пока не заострил на этом внимание.