…А сегодня Рождество…
И Кейт глупо надеялась, что вечер Рождества они проведут все вместе, как принято в семьях, раз уж её родители не вспомнили о ней и не поздравили даже по телефону. Сама-то Кейт еще три дня назад отправила родителям подарки. А в ответ ни слова, ни полслова.
Джона замер возле стойки с оружием, что-то внимательно рассматривая. Кайл подошел ближе:
— Я могу справиться со всем один. Тебе не за чем идти со мной, Джона.
Тот отрицательно качнул головой, потом повернулся к Кейт:
— Можно вопрос?
— Да, Джона. — Кейт заставила себя опустить руки, сложенные в защитном жесте, и подойти ближе. — Тут все в твоем распоряжении. Можешь выбирать любое оружие.
— Я не об этом. У тебя тут на стенде представлено оружие, разрешенное к использованию гражданскими. Подозреваю, что и документы на них есть. Но… — Он ткнул пальцем в стеллаж перед ним. — Огнеметы? Откуда они тут, среди стрелкового и холодного оружия?
— А, это, — нахмурилась Кейт. — Это лорд Грей заказал. Кажется, он играет в зомбоапокалипсис.
Эдвардс долго и сосредоточенно смотрел на неё. Кейт смешалась и уточнила:
— Что-то не так, Джона?
— Повтори еще раз, пожалуйста. — задумчиво сказал он.
— Эээ…. — Кейт растерялась, за неё, полностью копируя интонации, повторил Кайл, заставляя детектива вздрагивать — кажется, Джона тоже забывал об электронной начинке в Моро:
– ”Это заказал лорд Грей. Кажется, он играет в зомбоапокалипсис.”
— Третий. — с каким-то странным удовлетворением в голосе сказал Джона. — Да же, Кайл?
Тот тоже не понял:
— Прости? Кажется, всего два — мир Эмили с неизвестным номером и мир 207–Р. А у лорда Грея всего лишь гипотетический… Хотя… — Он задумался, погружаясь в цифровую память — взгляд его остекленел и замер.
Джона ошеломленно обернулся к Кейт, и та его утешила:
— С ним все нормально. Честное слово. Хотя ты прав, смотрится ужасающе.
Эдвардс кивнул, подтверждая, а Кайл уже отмер:
— …пару раз лорд Грей возвращался с типичным трупным запашком, да… Так что может не гипотетический зомбоапокалипсис.
Джона обрадовался:
— Ага! Три. Смотрите, получается: первый — мир Эмили, второй в мире Палмера… Голод в следствии чего-то, о чем он промолчал. Они завозят еду в свой мир из других миров.
Кайл кивнул, быстро находя в цифровой памяти подтверждение:
— Точно. Альба и юра.
Кейт задумчиво добавила:
— Если считать мир Эйч и Джейн, то четвертый. — Она поняла, что Джона не в курсе и пояснила: — у них там была ядерная война. Они живут в мире постапокалипсиса. Так же, Кайл?
Она повернулась к нему и застыла — лицо Кайла побледнело, он, обычно улыбчивый и легкий в общении, нахмурился и, казалось, оледенел. Хуже того — его пальцы сжались в кулаки. Кажется, Кейт видела такое первый раз.
— Кайл?
— Пять. — Он плотно сжал глаза и тихо сказал: — Пять апокалипсисов.
Джона молчал, дожидаясь, когда Моро сам решится продолжить. Кейт же не выдержала, подошла поближе, беря его за руку. Ей отчаянно хотелось, чтобы привычный Кайл, у которого никогда не бывает проблем и нерешаемых задач, вернулся.
— Кайл?
Тот еле слышно выдавил:
— В моем варианте Земля разрушена более трех столетий. Неудачный эксперимент с изучением солнечного вещества. Солнце перешло в новую фазу — красного гиганта. Землю просто выкинуло с орбиты и потрепало гравитационными силами.
— О боже…
Он открыл глаза, смотря в пол:
— Людей успели эвакуировать. Процесс превращения в красного гиганта не мгновенен, Кейт. Людей успели спасти. Землю успели даже стабилизировать и запустить по новой орбите. Новая Земля теперь чуть дальше орбиты бывшего Марса.
Кейт обняла его за плечи, старательно не напоминая про его рассказы о своем Нью-Йорке.
— Пять, — повторил за Кайлом Джона. — Надо еще расспросить мисс Вивиан и Люка, подозрительно мне это. И что ты там, Кайл, говорил про мир 207–Р?
— Это мир Эйч и Джейн, его уже упоминала Кейт. Р — означает “радиация”.
— А мир Анжа? — напомнила Кейт.
— И его надо расспросить более подробно, — согласился Джона.
Кайл подумал и добавил, прижимая Кейт к себе:
— Шесть. Еще мир Грея. — Ему стало легче от того, что Кейт больше не боялась его прикосновений, не отталкивала его и даже сама обняла его, забывая свои страхи. Значит, не все потеряно, у него еще был шанс.