— Ясно, — коротко сказала Эйч.
— И что такое Перу я тебе объяснять не буду! — Грей умудрился вполне вальяжно опуститься на скамью, запрокидывая голову назад. — Иди, я жду!
Он даже разрешительно махнул рукой, словно отсылая служанку.
— Вот же… Восхитительный ублюдок… Даже умирая, будет играть свою роль до конца… — буркнула себе под нос Эйч.
Спуститься к станции она не успела — вопреки всем правилам по узким пешеходным дорожкам неслась машина Макса.
— Как оперативно он, — удивилась Эйч, ничего не понимая.
Красный внедорожник тормознул рядом с ней, из него быстро выбрался Макс, первым делом подавая Эйч прозрачную, запотевшую бутылку с водой:
— Меня Кайл прислал, сказал, что вам тут совсем плохо! Садись в машину, сейчас лорду Грею помогу дойти.
Эйч, открывая бутылку с водой, порекомендовала ему:
— Макс, ты там поосторожней — Грей не в настроении, может и закусать. Или закусить, тоже вариант.
В “Приюте” было тихо, несмотря на еще не поздний час — дети предусмотрительно гуляли в парке, отосланные туда Кайлом, Кейт сидела на диване в ожидании возвращения лорда Грея и Эйч, молясь, чтобы её подозрения не оправдались. Палмер стоял у камина — ждал пациентов, которые, впрочем, разочаровали его — вошедшая под руку с Максом Эйч тут же заявила, что нуждается только в одном — огромной ванне, наполненной водой, а лорд Грей, старательно вышагивающий прямо, только и бросил Кейт:
— До утра не будить, в полдень подать стейк с кровью. Не беспокоить!
Она встала, пытаясь предупредить:
— Лорд Грей, там к вам…
Он вздернул голову вверх и обжег её взглядом:
— Все — завтра! Мисс Милн, когда вы уже научитесь понимать с первого раза, не говоря уже — с полуслова?!
Он пошел по лестнице вверх, игнорируя внимательный взгляд Кайла, пришедшего с кухни. Эйч проследовала за Греем.
— Наверное, ему не так плохо, как показалось по камерам парка, — вздохнул Кайл и повернулся к Максу, — спасибо тебе за помощь. Хочешь чаю? Или кофе?
Тот, смущаясь, отказался:
— Поеду обратно, в парк, у меня еще с час рабочего времени остался.
Лия тут же проснулась, стоило Грею открыть дверь спальни. Быстро встала, подавляя зевок и рассматривая застывшего в дверях потрепанного Грея:
— Кайл, привет. Кто посмел тебя пожевать?
Тот, резко стаскивая с себя грязную толстовку и скидывая обувь, от чего грязные кроссовки пролетели через полкомнаты, засыпая все щедро песком, пожаловался без зазрения совести:
— Это все Эйч. — И он тут же зашелся в приступе кашля.
— Наш человек, — кивнула Лия, распахивая дверь ванной комнаты и включая воду, — тебе ванну с пеной или с солью?
— С водой, — мрачно сказал Грей, открывая холодильник и вытаскивая бутылку с минеральной водой. Откупорил её и принялся быстро, жадно пить — до самого донца.
Лия, регулируя воду в кранах, уточнила:
— И все же… Что сделал этот Эйч, что ты потрепаннее последнего зомби?
Грей стащил с себя грязные штаны, белье и носки, бросая их тут же, на пол. Зашел в ванную, поцеловал Лию в щеку:
— Прости, кажется, я не поздоровался. Привет, дорогая. — Он залез в ванну, поморщился и тут же выключил горячую воду.
— Не замерзнешь? — уточнила Лия, присаживаясь на край ванной.
— После того, что было — нет. Я прожарен, как мясо у дрянного повара…
— Заметно, — Лия взяла полотенце с вешалки и, намочив его край, принялась осторожно промокать лицо Грея, отмывая песок и кровь.
Тот прикрыл глаза и все же ответил на её вопрос:
— Эйч — это девушка. Тебе понравится — она очень правильная, не то, что мисс Милн. И… — Он все же выдавил из себя, — она новая цель.
— О как.
— Да, — сказал Грей и тут же зашипел от боли, — Лия, я еще жив, между прочим!
— Шшш, — выдохнула Лия, дуя на висок, где кровь засохла грязной коркой поверх раны, — надо размочить и отмыть, а то инфекция пойдет.
Грей открыл один глаз:
— Я не настолько жив, Лия. Кстати, порадуй меня — есть хорошие новости?
Она кивнула, вновь занимаясь раной на виске:
— И не только хорошие…
— Все остальное завтра — я сейчас отмокну и спать. Сейчас только хорошее.
— Хорошее… Твое семейство некромантов стопроцентно мертво. Я проверяла — никто не уцелел. Нежить уничтожена…
Грей слишком внимательно посмотрел на Лию:
— Надеюсь…
Она скривилась:
— За кого ты меня принимаешь — я никого не убила. Я еще помню — кто я.
— Хорошо. Еще что-то хорошее есть?