Первой отреагировала Мия — она была всегда впечатлительной и очень сообразительной девочкой. Она заплакал. Норма обняла её и зло сказала Джону:
— А говорил — никто не умрет!
Сестры Оуэн только беспомощно переглядывались друг с другом и с Мией. Потом заплакать решила Марша, ей завторили более старшие сестры.
— Никто не умрет. — веско сказал Джон. — Я не ши, я не мертвец, я не забираю вас под Холмы или во что вы тут верите. Мы все выживем. Все. И уйдем в мой мир — там нет заразы. Там у меня есть деньги и дом. Понимаете?
Девочки шмыгали носами, но не верили. Чарли так и застыл со своим ножом в руке, которым нарезал сыр. Он уперся взглядом в пол пещеры и словно что-то силился вспомнить. Или сказать.
— Я клянусь, что все будет хорошо. — снова повторил Джон. — С каждым из нас.
Но Норму было сложно убедить:
— Но раньше ты говорил, что ты не можешь вернуться к себе домой. Раньше ты говорил, что заразу не вылечить. Ты заболел — я же вижу! Я так поняла — мы все умрем.
— Норма, не говори глупости. Никто не умрет. Мы все уйдем в мой мир — там безопасно… Все ясно? Кто мне верит? Кто пойдет со мной?
— С тобой… Я! — прозвучало хрипло на всю пещеру, так что сперва никто не понял — кто это сказал. Чарли поднял голову вверх, широко улыбаясь — словно надсмехаясь над всеми: неужели думали, что я не умею говорить?! Впрочем, больше он ничего не произнес.
— Спасибо, Чарли, — улыбнулся в ответ Джон. — Девочки, поверьте, все будет хорошо. Я хоть раз обманывал вас?..
А на следующий день загорелась ферма “У Гибельного холма”, дым был виден на мили вокруг. И Джон ничего не мог поделать. Он только одел браслет на сопротивляющегося Чарли:
— Слушай внимательно. Я иду за миссис Бейкер. Ты должен вне зависимости от того, вернусь я или нет, с темнотой отвести девочек на Гибельный холм. Вы должны, держась за руки, пройти через Круг Мертвых танцоров. Запомнил?
Чарли вырывался и мотал головой, отказываясь слушать. Джон еле удерживал его правой рукой:
— Чарли! Ты старший после меня мужчина. Ты должен, и я знаю — у тебя получится, только верь. Браслет — вещь из моего мира. Он проведет тебя через Круг. Понимаешь? Верь. А я найду миссис Бейкер и пройду следом за вами.
Чарли сглотнул и внезапно, впервые за два года, расплакался. Джон обнял его:
— Малыш, мы через столько прошли… Теперь всего пара шагов до дома. И только от тебя зависит благополучие девочек. На той стороне Круга вас встретят, вам помогут, Чарли. А я потом найду вас. Все будет хорошо…
Джон еле нашел на догорающем пепелище Эмили. К счастью, она почти не пострадала от ожогов, плача скорее от страха перед будущим, чем от боли:
— Что я теперь скажу Алистеру… Боже, что я ему скажу…
Глава 17 Все-таки я ведьма
Макс, сидя на камне напротив кольца мегалитов, протянул стоящему рядом Джоне термос с горячим кофе.
— Слушай, я все понимаю… Я с детства верил в тибетцев, копающих туннели под землей. В инопланетян, Несси, энергетические пирамиды и прочую ересь, как все говорят. Так что местная криптида — моя любимица, я верю в неё с детства. Некоторые хотят поймать Несси, а я хотел поймать Кроссроадского Дьявола. Я даже специально устроился работать в парк, чтобы быть ближе к загадке… Но то, что ты поверил в криптиду, для меня невероятно. Ты и криптида — нонсенс. Но ты уже неделю тут со мной, сидишь и караулишь аркауков…
Джона налил себе кофе в бумажный стаканчик, захваченный из дома. Вернул термос Максу. Стоял, прихлебывал горячий напиток, посматривая на круг Танцоров — небо было чистое, светила почти полная луна, и менгиры сегодня ночью были особенно яркими, словно голубые камни из Уэльса светились изнутри. В округе, несмотря на запрет, тихо бродили люди, и Джона запоздало вспомнил — завтра же зимнее солнцестояние. Желающих нарушить запрет и провести ритуалы в круге Танцоров завтра ночью будет в разы больше. Это сегодня круг обходят по большой дуге — красная куртка смотрителя парка на Максе еще отпугивала, завтра и полицейская форма не будет пугать.
…Были бы проще — под эгидой мэрии и властей парка проводили бы сами праздники. И викканам счастье, и полиции не страдать в оцеплении, и туристов куча бы приезжала — просто поглазеть…
— Джонаааа… Ты спишь? — фыркнул Макс. Джона отмер:
— Ты не в курсе… Но я два года, после пропажи Амели, работал в Лиге полицейских-язычников. — Он повернулся к другу. Тот опешил:
— О…
— Да, было дело. Я надеялся, что они помогут найти Амели, но…